— Да прям! — даже остановился я от неожиданности. Сразу кольнула игла нехорошего предчувствия, и сделалось не по себе. — С чего взял⁈
— Пока курил, двух филеров срисовал, — пояснил пиромант. — А Игорь говорит: опять, видать, меня проверяют. Коллег его, мол, дюже усиленно опекать стали. Боятся, что кто-нибудь сдернет.
— А чего бы им просто в нормальном мире не остаться? Уйти с концами, и все.
— Они ж уники, — мотнул головой Напалм. — Слабенькие, конечно, но больше недели там точно не продержатся. Единственный выход — здесь где-то запасной аэродром подыскать. Так стоит ли шило на мыло менять?
— Вот как…
— Стой, — дернул меня парень. — Мы же за Мариной сейчас?
— Ну да.
— А зачем тогда к набережной возвращаться? К гостинице напрямик через дворы всяко ближе будет.
— Пошли. — Я свернул в подворотню и спросил: — Игорь-то не дергался?
— Нет, порадовался даже, что серебро вовремя сбыл. В остальном, говорит, за ним криминала нет.
— Надеюсь, охранка теперь не начнет под нас копать. — Мысль эта показалась на редкость неуютной. — А то решат еще, что мы его завербовать хотим.
— Засада! — согласился с моими опасениями пиромант и, остановившись, отвернулся к стене. — Подожди, отолью сейчас.
— Догоняй.
Я поднял воротник дубленки, втянул шею и, сунув руки в карманы, зашагал дальше. Снег валил и валил, просветов в низких облаках не было, и на улице заметно потемнело.
Хотелось только одного — завалиться в кафешку и, сидя с чашкой кофе или бокалом глинтвейна, любоваться разгулом стихии через окно. Да, подумать есть много о чем…
Резкое движение сбоку я не заметил, а скорее, почувствовал. Не теряя времени, крутнулся на месте, а в следующий миг стремительно подскочивший парнишка со всей мочи приложил меня обрезком арматуры. Инстинктивно поднятое плечо прикрыло челюсть, и дубленка смягчила удар, но тут кто-то подкатился под ноги, и я навзничь рухнул на землю.
Если вы валяетесь на земле, а двое или более гадов методично превращают вас в отбивную, вариантов остается немного. Либо уйти в глухую оборону, пытаясь закрыть руками-ногами основные жизненно важные органы, либо попытаться дать отпор и огрести в случае неудачи по полной программе. Но вот когда вас не просто бьют, а пытаются отправить на тот свет, первый вариант действий ничем хорошим закончиться не может, и поэтому, прикрыв голову левым предплечьем, правую я сунул в карман.
Миг спустя тяжелый ботинок отбил взорвавшийся болью бицепс, следующие несколько пинков тоже своей цели не достигли, а потом нападавшим надоела эта возня, и один из парней, опустившись на корточки, начал отжимать мою руку в сторону. В голове явственно мелькнуло видение, как железный прут проламывает череп, но тут палец наконец нашарил спусковой крючок, и замахивавшийся обрезком арматуры бандит дернулся, получив пулю чуть выше солнечного сплетения. А после второго выстрела он и вовсе замертво рухнул в сугроб.