— Напалм, — окликнул я пироманта, напялившего поверх куртки разгрузочный жилет со множеством гнезд под патроны двенадцатого калибра, — у тебя такие волшебные пилюли есть…

— Ты что еще задумал? — опешил тот от удивления. — Совсем, что ли?

— Давай, давай, — потребовал я. — Иначе не выбраться.

— Как знаешь. — Парень достал из кармана пластиковую коробочку, заполненную желатиновыми шариками, и вытряхнул один на ладонь. — Держи.

— Еще парочку.

— Уверен?

— Да.

— Это очень опасно? — забеспокоилась Марина.

— Ерунда, — отмахнулся я, проглотив пару пилюль, и спросил у пироманта: — Если разжевать, быстрее подействует?

— Быстрее, — кивнул Напалм, — но я бы не советовал…

— Почему? — удивился я, зажав желатиновый шарик меж зубов, и немедленно получил ответ на свой вопрос: заключенное в желатиновую оболочку содержимое оказалось невыносимо горьким. Челюсть свело, на глазах выступили слезы, и только чудом удалось удержать подкативший к горлу рвотный позыв.

— Предупреждал же, — скривился пиромант и продолжил рассовывать по гнездам патроны для дробовика.

— Ты в таком виде ехать собрался? — повернулся к нему от окна Игорь Фомин. — Нас первый же патруль загребет!

— Долго снять, что ли?

— Да кто тебя знает?

— Идея, кстати, хорошая, — неожиданно поддержал Напалма хозяин магазина и бросил на прилавок еще пару жилетов. — Рассовывайте магазины, не в руках же тащить.

Сам он начал заряжать свой штуцер, и, обратив внимание на казавшиеся просто огромными по сравнению с обычными патроны, я не выдержал и спросил:

— Стоит вообще это чудовище с собой тащить?

— Компенсатор отдачи я до ума довести успел, — пожал плечами Виктор Борисович, — а вес пули — шестьдесят пять грамм. Пригодится. Зная о способностях Хозяина, думаю, нам не только с людьми дело иметь придется.

— Как скажете, — не стал с ним спорить я и дернул пироманта: — Скоро «магистр» подействует?

— Меня бы уже накрыло.

— Ясно. — В голове немного зашумело, но никакого особого усиления способностей почувствовать не удалось. Поэтому, заметив лежавший на витрине знакомый пистолет, я немедленно уточнил у Казанцева: — А это не «зиг-зауэр» П226 случаем?

— Нет, двести двадцатый. Сорок пятого калибра.

— Заверните. — Патронов к револьверу оставалось кот наплакал, а подобным агрегатом мне пользоваться уже доводилось. — В смысле возьму.

— Витрина открыта.

— А кобура есть под него?

— Держи. — Казанцев кинул мне пластиковую кобуру и спросил: — Долго ты еще?

— Не думаю. — Мир начал потихоньку делаться хрустально-прозрачным, и сосредотачивать на чем-либо внимание стало просто невыносимо. — Уже скоро.