Но теперь… Теперь я видел в этом другой смысл.

Меня учили анализировать. Вычислять слабости, искать несоответствия, понимать людей глубже, чем они сами себя понимают.

Как проникать в дома, как уходить без следа, как устраивать ловушки, как ускользать от преследователей — да, все это нужно ворам. Но кто еще использует такие навыки?

Шифры, которыми пользовался наставник. Тонкости речевого кодирования. Манера говорить не напрямую, а намеками, завуалированными в простые слова.

Это не для вора. Это для шпиона.

Тайная канцелярия. Я всегда думал, что наставник на самом деле какой-то известный вор, возможно из самой столицы. Но теперь все стало на свои места, он из канцелярии. Не знаю по какой причине, но он не хотел, чтобы о нем знали.

Я сжал пальцы в кулак.

Если это так… Если он готовил меня не как вора, а как агента… Самый главный вопрос с какой целью? Наставник всегда меня учил задаваться вопросом, кому это выгодно?

Дерьмо! Мне хотелось ругаться последними словами. Ненавижу, когда ничего не понимаю. Почему старик умер так рано? Почему ничего не открыл?

И тут до меня дошло, если он владел важной информацией, то его могли убрать, чтобы он ничего не мог рассказать. Но он был не из тех, кто не подготовит ловушку на этот счет. И тут я вспомнил о странной записки, которую мне передал не менее странный старик. Наставник всегда говорил мне, что однажды все может измениться.

И вот оно изменилось.

Забравшись в карман, я достал записку и развернул ее.

Тонкая рисовая бумага с неровными краями. На первый взгляд, бессвязный набор иероглифов, словно кто-то просто выливал на бумагу хаотичные мысли. Но я знал, что это не так.

"Луна прячется за облаками, когда ветер дует с юго-запада.

Горные цветы расцветают перед рассветом.

Три стебля, два камня, один ручей — путь открыт."

Я нахмурился. Наставник часто использовал иносказания, за которыми скрывался точный смысл. Эти строки напоминали старые стихи династии Шу, но их содержание казалось странным. Теперь то понятно почему он заставлял меня читать всю эту литературу. Я мог говорить на одном языке с чиновниками и аристократами.

«Луна… ветер… цветы… три, два, один…»

Система Цзяхуа. Это точно была она. Одна из сложнейших схем, которыми он со мной поделился.

Наставник заставлял меня зубрить ее до тех пор, пока я не мог расшифровывать подобные послания даже в полусонном состоянии. Внешне — просто текст, ничего особенного. Но ключ всегда скрывался в числах.

Три, два, один…

Я пробежался взглядом по строкам, отбрасывая шелуху очевидных слов. Числа — это порядок, последовательность. Одни указывали, какие слова нужно читать иначе, другие намекали на расположение ключевых иероглифов.