— История не самая приятная, но драконорожденные пусть решают свои дела сами. Культы никогда не приходят просто так. Нам же пора решить, что делать с Фэн Лао.

Он окинул взглядом остальных старейшин.

— Я поднимаю голосование о его статусе мастера-вора. И сразу говорю свое слово — да. Парень действительно достоин и своего наставника, и нашего уважения.

Несмотря на красивые слова, его решение было продиктовано выгодой. Лянь Шу всегда был расчетлив, и его поддержка не была бескорыстной. Он видел во мне инструмент, который можно использовать.

Но сейчас это работало в мою пользу.

Цзин Лэй тут же вскипел. Его кулаки сжались так, что костяшки побелели.

— Против, — выдохнул он, его голос был полон ярости. — Он дерзок, не почтителен и опасен. Мы не можем позволить ему стать мастером.

Фу Шан, Ночной старейшина, откинулся на спинку кресла. Его змеиные глаза сверкнули.

— Против, — произнес он мягко, но в его голосе чувствовалась угроза. — Он играет с огнем, и я не уверен, что он достоин нашего доверия.

Теперь все взгляды обратились к старухе Юнь.

Она сидела, склонив голову набок, ее пальцы медленно перебирали край халата. Глаза были закрыты, словно она погрузилась в глубокие размышления.

Мгновения тянулись, как часы, пока наконец она не открыла глаза и не посмотрела прямо на меня.

— Да, — произнесла она. Ее голос был тихим, но полным уверенности. — Он умен, хитер и знает, как выживать. Гильдии нужны такие, как он. Когда мы уйдем к предкам, у нас должна быть достойная смена.

Теперь все зависело от Тан Фэя.

Он сидел, откинувшись в кресле, его пальцы медленно поглаживали лицо, словно он размышлял над чем-то глубоко личным.

Его глаза не отрывались от меня, и я чувствовал, как его взгляд проникает в самую глубину моей души.

А потом заметил странность.

Его пальцы, которые, казалось, просто касались его щеки, на самом деле двигались в определенном ритме, вырисовывая в воздухе едва заметный знак.

Мое сердце замерло.

Я узнал этот жест.

Я видел его сегодня ночью.

Это был знак Тайной канцелярии.

В горле пересохло, а в груди зародилось холодное осознание.

Я влип.

Мои глаза расширились, но я быстро взял себя в руки, стараясь не выдать своего удивления.

Но Тан Фэй заметил мою реакцию. И в его глазах мелькнуло удовлетворение. Он знал, что я понял.

— Фэн Лао, — произнес он, его голос был спокойным, но в нем чувствовалась скрытая угроза. — Ты говоришь, что готов служить гильдии.

Он выдержал паузу.

— Но скажи мне, готов ли ты служить истинным интересам гильдии?

Вопрос был завуалирован, но мне не потребовалось долго гадать над его смыслом. Он спрашивал, готов ли я служить Тайной канцелярии. Организации, которая, как я теперь понимал, имела свои корни даже в гильдии. И, возможно, даже управляла ею из тени.