По сути, в его руках оказалось мощное оружие сдерживания. Это, конечно, не ядерная бомба, но то ещё супероружие, суть которого заключается в передаче увеличенной в двадцать раз энергии взрыва на любое расстояние. Для успешного использования достаточно иметь точные координаты.
— Так, может, тогда и не давать в руки человечества ядерное оружие? — предположил Горский.
— Нельзя. Как к нему не относись, но именно его разрушительная сила явилась сдерживающим фактором от очередной мировой мясорубки. И именно оно может стать гарантией того, что в конце этого века Россия объединится и станет ещё сильнее. СССР, при всех его недостатках, не заслуживал гибели, что ни говори, а достоинств у него было куда больше. Страна нуждалась в реформировании, а её тупо развалили. Очень надеюсь, что у меня получится если не избежать этого, то хотя бы не довести до катастрофы.
— А не боишься, что нас нагнут с помощью ядерной дубинки, — усомнился Горский.
— Не боюсь, — покачал головой Песчанин. — Если у них будет дубина, то у нас уже есть «Рапира».
— Ты так назвал детище Филиппова?
— На мой взгляд, это наиболее точно характеризует характер этого оружия.
— А если они смогут это повторить?
— В свете сегодняшних реалий наши противники будут копать в направлении нового артефакта. У нас же чистая наука, пусть и перекликается с Эфиром. Лучи смерти даже в моем времени почти сто лет спустя были скорее фантастикой и как оружие вызывали чаще улыбки, чем живой интерес. Не думаю, что они получат распространение здесь.
— Вообще-то, история уже пошла по другому пути, — заметил Горский.
— Только весьма неохотно и всякий раз пытается вильнуть на торный путь. И это несмотря на такой фактор, как появление Эфира, — возразил Антон.
— Ну, может, ты и прав. Время покажет.
— Вот уж в чём я не сомневаюсь. Пока же давай просто постараемся сделать так, чтобы наши усилия не оказались напрасными.
Глава 8
Вызов
Виктор открыл глаза под уже привычный шум моторов и винтов. Со звукоизоляцией на дирижаблях не очень, хотя и не сказать, что это доставляет серьёзные неудобства. В первый день ещё да, даже голова болела, но перелёт длится уже пятые сутки, а потому успел привыкнуть.
Поднявшись, Нестеров прихватил несессер с туалетными принадлежностями и вышел из каюты, которую занимал ещё с одним поручиком. Умывальная комната, она же душевая, располагалась в торце коридора, но приметив, что уборная свободна, он завернул сначала туда. Увы, но каюты первого класса со всеми удобствами младшим офицерам не полагались, даже если были не заняты. В них не устроиться даже за отдельную плату.