— Я тебе что говорил, болван? Отсечь! Отсечь, мать твою! Нельзя хлебать что ни попадя, в надежде, что сумеешь это переварить! Это опасные игры даже для опытных магов, чего уж…

«…говорить о тебе», закончил я фразу Ареуса и со стоном сел на снегу. Голова гудела, в желудке сражалась армия бесов, а кожа горела, будто я выкупался в ванной с кислотой.

Ой бл*…

Согнувшись, я выблевал содержимое желудка, схватив протянутый Эрни бурдюк с водой, залил в себя литра полтора живящей жидкости… и выблевал и ее тоже…

Мать твою… что ж так хренова-то…

Выругавшись, Ареус материализовал в руке свиток и на распев зачитал активационные предложения. Свиток выпростал обжигающие щупальца магии Малорга, кои стремглав впились мне в виски. Мгновенная вспышка и… стало легче.

Интересно, что все это телодвижения никак не отражались на моем показателе Жизненной Силы и не сопровождались никакими значками дебаффов, коими обычно Дар-Огар маркирует любые изменения самочувствия акари.

— Ну ты, блин даешь! Сделал пару шагов и натурально исчез, мать твою! А потом, как нам сюда за*бенило! Молнии так хреначили! Два часа под обстрелом простояли! Короче, п*здец прогулочка получилась!..

Я отмахнулся от восторгов Эрни, с кряхтеньем встал, обозрел окрестности и… с удивлением обнаружил, что мы находимся в небольшом темном ущелье, ничуть не походящим на то, где лежала капсула с Газнаром.

— У тебя получилось, — видя мое недоумение, сказал Ареус. — Когда Каскад полностью развернулся, сколапсировала сеть газнаровых чар. Это дерьмо успело въесться в окружающую местность подобно плесени, что поражает древесину. Незаметная, но вездесущая. Пришлось выжигать ее каленым железом и быстро делать ноги.

— И все это время, пока ты выжигал…

Маг кивнул.

— ТЫ находился близ капсулы. Не беспокойся, сейчас в тебе нет этого дерьма. Мне помогал на… э-э-э твой покровитель. Он гарантировал, что ты чист.

Час от часу не легче. Зог — это последнее существо во вселенной, коего я хотел впускать к себе в нутро. Но… я прислушался к себе, они с Ареусом, видимо, и в самом деле поработали на славу. Хотя моя душа нынче и походила на захламленный чулан, миазмов иномировой Твари я не ощущал.

— Ты хороший парень, Том, — сказал Ареус и я с удивлением услышал в его голосе тревогу. — Но когда-нибудь твоя самоуверенность сыграет с тобой злую шутку.

— Что теперь? — спросил Эрни после некоторой паузы, во время которой каждый думал о своем.

— Дело сделано. Крепы усилены, излучение сокращено, пора домой…

Маг посмотрел на стремительно темнеющее небо, словно ожидая увидеть в нем эвакуационный вертолет. Я непроизвольно проследил за его взглядом. Оно было затянуто густыми тучами и того и гляди было готово просыпаться снегом. Ареус еще немного поглазел на хмурые небеса, а потом встряхнул головой, освобождаясь от некоего наваждения.