— Всё проходит отлично, — сказал я с удовлетворением. — Сэр Костиус ведёт себя как настоящий профессион…

И тут дракон резко ушёл в крутое пике, а затем сделал полную мёртвую петлю.

Мир перевернулся вокруг нас. Я почувствовал, как ремни врезались в тело, а в ушах зазвенело от перегрузки. Ольга взвизгнула, Октавия крепко вцепилась в поручни.

Когда мы вновь выровнялись, дракон… засмеялся. Не голосом, конечно, но я явственно почувствовал его эмоции через некромантическую связь. Он радовался удавшейся шалости, как ребёнок.

— Что за чёрт⁈ — воскликнул я, проверяя, все ли на месте. — Я не давал такой команды! Мне этого хватило и во время сражения, когда он пытался меня сбросить!

— Макс, это нормально? — испуганно спросила Ольга.

Я посмотрел на ведьмочку:

— Октавия, это и есть эффект твоего артефакта? Дракон становится сумасшедшим?

Октавия покраснела:

— Нет! Совсем не в этом дело! А вообще… посмотри на нас сейчас глазами своих теневых разведчиков.

Я нахмурился, но послушался. Активировав связь с одной из птиц-шпионов, кружащих поблизости, я взглянул на нас со стороны.

И не увидел ничего.

Сэр Костиус вместе с нами, его наездниками, полностью отсутствовал в поле зрения разведчика.

— Невидимость? — изумился я. — Цилиндр — это шапка-невидимка?

— Не совсем, — смущённо объяснила Октавия. — Это способность создавать иллюзию, подобную той, которая есть у Дейла. Именно изучая его дар, я смогла повторить эффект в артефакте.

Я задумался. Это было действительно крайне полезно. Пусть иллюзия и развеивается, когда дракон атакует или использует магию, но возможность скрытно перемещаться, не привлекая внимания всего мира… Это открывало совершенно новые тактические возможности.

— Звучит круто, — сказала Ольга. — Но остаётся вопрос — почему всё-таки наш джентльмен самоуправствует?

Октавия ещё больше смутилась:

— Я… у меня есть предположение.

— Какое? — спросил я, хотя и сам уже начал догадываться, вспоминая как совсем недавно она показывала мне свою мастерскую с её новыми мёртвыми слугами.

И Октавия действительно вернулась к этому эпизоду:

— Помнишь, у меня обнаружился дар внушать умертвиям характер? Благодаря сочетанию способностей менталиста и некроманта?

— Помню, — кивнул я. — И что же, ты внушила характер дракону?

— Я специально ничего такого не делала! — поспешно заверила она. — Но работая над сэром Костиусом, я иногда… просто представляла его лихим, весёлым и немного… хулиганистым.

Я хмыкнул. Значит, малышка Сципион неосознанно наделила дракона собственными представлениями о его характере. И теперь у нас есть костяной дракон с повадками озорного подростка.