— Будем, — кивнул я, усиливая своё тело магией. — Но сначала я.

Прыжок оказался вполне комфортным. Магически усиленные ноги легко амортизировали приземление.

— Октавия! — крикнул я вверх. — Давай! Я поймаю!

Она даже не колебалась — просто шагнула в пустоту с абсолютной уверенностью, что с ней ничего не случится.

Поймать её оказалось легче, чем принцессу из сказки. Хотя принцессы обычно не хихикают так заразительно.

— Как в детстве! — восхитилась она, когда я осторожно поставил её на ноги. — Только вместо батута — некромант!

Вокруг царила кромешная тьма, но мы пришли подготовленными. Я достал тусклый светящий артефакт — достаточно яркий, чтобы видеть дорогу, но не настолько, чтобы спугнуть привыкших к подземелью насекомых.

— А где дедуля Карл? — спросила Октавия, оглядываясь.

И действительно, от лича не было ни слуху, ни духу. Как будто провалился сквозь землю. Ну, в смысле, ещё глубже.

— Странно, — ответил я. — И кемтари тоже не видно.

— А может, они на наши артефакты слетятся? — предположила Октавия. — Как мотыльки на свет?

— Возможно. Но в любом случае нам нужно идти дальше и искать деда.

Мы углубились в подземелье, и вскоре тусклый свет выхватил из тьмы поистине удивительное зрелище.

Перед нами расстилался настоящий подземный город. Точнее, то, что от него осталось. Идеально круглые тоннели разбегались в разные стороны, словно гигантская сеть метро. Стены были отполированы до зеркального блеска, а потолки поддерживались изящными колоннами. Я даже заметил на них хоть и хаотичный, но всё-таки узор. Похоже, наши жучки не лишены тяги к прекрасному.

— Ну надо же, — оценила их работу и Октавия. — Это же почти архитектурный шедевр!

— Если не знать, что его выгрызли голодные жуки, — заметил я.

Мы шли по главному тоннелю, и я не мог не восхищаться мастерством кемтари. Каждый поворот был рассчитан с математической точностью, каждый переход плавно перетекал в следующий. Это была не просто нора — это было произведение искусства.

Но было в этой красоте что-то жутковатое. Ни единого драгоценного камня, ни кусочка металла. Даже обычные камни выглядели так, словно из них высосали всю ценность.

— Тут тоже пусто, — удивлялась Октавия. — Ни одного насекомого не видно.

Я молча кивнул.

— А может, они все вымерли? — предположила она через несколько минут. — Съели всё вокруг и умерли от голода?

Я покачал головой:

— Дед пропал не просто так. Наверняка он что-то уже нашёл. Или его что-то нашло.

Мы продолжили путь, и вскоре добрались до огромной круглой камеры. То, что мы там увидели, заставило нас остановиться как вкопанных.