Тем временем, умертвия выстроились вокруг постамента. Каждый у своего узла. Они замерли, а затем подняли руки над кристаллами, готовые ударить.

Все они уже стали проводниками магии, которую готовился направить через них лич.

Наконец, он послал им мысленную команду и сам поднял руку, активируя нужное заклинание.

Семнадцать умертвий одновременно ударили кулаками в узлы, магия лича поступила в кристаллы.

Узлы треснули, свет внутри них замерцал, а затем начал гаснуть один за другим.

Центральный кристалл начал вибрировать. Ветер вокруг него усилился, закружился быстрее. Вой стал оглушительным, а зал задрожал.

Регина отступила к стене и насмешливо спросила:

— Ты точно сделал всё синхронно? По-моему он сейчас взорвётся!

Но дед спокойно наблюдал.

Кристалл трещал, свет внутри него пульсировал всё ярче. Ветер бушевал, поднимал пыль и швырял мелкие обломки.

И вдруг кристалл просто рассыпался.

Осколки упали на постамент с тихим звоном. Ветер стих мгновенно, словно его выключили.

Наконец, дед подошёл к постаменту и «сундуку» и осмотрел осколки. Кристалл был полностью уничтожен.

А лич чувствовал изменение в воздухе. Магические потоки сдвинулись, барьер, который держал артефакт, исчез. Значит, всё получилось.

— Готово, — констатировал он.

— Защита рухнула? — спросила Регина, а затем зло добавила, — чёрт! я даже не могу толком это почувствовать сама.

Дед усмехнулся.

— Не прибедняйся. У тебя всё ещё осталась магическая интуиция.

Регина усмехнулась в ответ:

— Знаешь, старый хрыч, раньше я бы использовала этот момент, чтобы попытаться тебя убить.

— Знаю.

— Но теперь не могу. Контроль Макса слишком силён.

Она посмотрела на свои руки.

— Я даже не могу причинить тебе боль. Не могу причинить боль никому из Рихтеров.

— Именно для этого тебя и превратили в ревенанта.

— Я ненавижу это.

Дед снисходительно похлопал её по плечу, Регина дёрнулась так, будто её ошпарили.

А лич сказал:

— К сожалению, у тебя всё ещё остались поводы порадоваться, ведь Рихтеры не единственные твои враги. Наслаждайся моментом.

Регина зло посмотрела на него:

— Если когда-нибудь я освобожусь…

— Не освободишься, — голос деда был спокойным, но в нём звучала абсолютная уверенность.

— Кто знает, — огрызнулась Редж, — не нужно меня недооценивать.

— Тогда мы просто убьём тебя окончательно. На этот раз без воскрешения. Идём. Здесь мы больше не нужны.

Дед повернулся к выходу.

Регина последовала за ним, искренне страдая в своей бессильной злобе.

Но главное, дед чувствовал, что ветер в монастыре изменился.

Он сделал то, что должен. Теперь очередь Макса.

* * *