Ученики нерешительно замерли у подножия замка.

— Мы пойдём внутрь? — без особого энтузиазма уточнила Ольга.

И я её понимал. Тропа, ведущая наверх, также заросла до такой степени, что было вообще непонятно где она. Нам придётся идти буквально наощупь, наугад.

Даже Дино нам здесь ничем не поможет. Его придётся оставить внизу. С его габаритами нет ни единого шанса, что он сумеет забраться наверх. А если и сможет, то скорее переломает то, что осталось от укреплений.

Но, получив, утвердительный ответ, внучка быстро собралась и, решительно кивнув, объявила:

— Тогда за дело! Работы много, — продолжала она подбадривать себя и остальных, — но если хорошо постараемся, то, может быть, ещё успеем вернуться к ужину!

На этих словах она непроизвольно сглотнула. Ольга терпеть не могла пропускать приёмы пищи. Особенно, если их готовил Фред.

В ответ послышались вздохи, но возражать никто не стал, выбора-то всё равно не было. Я сразу дал всем понять, что пока мы здесь всё не исследуем, обратно в форт никто не вернётся.

Началась рутинная работа.

Дино у подножья холма прикрывал нас от набегов монстров очага, чтобы те не мешали работать.

Мы же, превратив теневые клинки в подобие мачете, начали активно прорубать путь к вершине.

По какой-то причине растения-мутанты здесь оказались даже более буйными и опасными, чем в лесу.

Скверна словно по-своему мстила людям, стремясь как можно сильнее навредить постройке, которая пыталась её сдерживать.

И чем выше мы поднимались, тем труднее становилось прорубать дорогу.

— Вот бы сюда огнемёт… — мечтательно произнёс Прохор, — выжечь все эти сорняки к чёртовой матери!

Словно обидевшись на эти слова, куст, мимо которого он проходил, мгновенно увеличился в размерах, настолько, что мигом стал выше Калинина раза в два, раскрыл ветки, словно крылья и попытался заключить его в свои колючие объятия.

— Что это за хрень⁈ — удивлённо воскликнул Прохор, но взаимностью кусту отвечать не захотел.

Вместо этого он крутанулся несколько раз вокруг себя, активно орудуя Мачете и отбиваясь от взбесившегося растения.

— Красиво, — похвалила его Ольга, когда на месте злобного куста остались одни ветки да листья, — я уж думала, что придётся тебя отбивать.

Прохор уязвлённо поморщился.

— Если я пока что слабее тебя, это не значит, что я не способен себя защитить, — уверенно заявил он.

— Пока что? — переспросила внучка, — я запомню!

Почему-то эти его слова её обрадовали, и она также азартно продолжила:

— Жду не дождусь, когда ты меня догонишь. Мне давно не хватает равного спарринг-партнёра.

От этих слов Прохор заметно порозовел, но старался не подать виду, что смущён. Вместо этого он с удвоенной силой поспешил вперёд, прорубая перед собой дорогу.