— Только мы сами позволяем чему-то стать своей слабостью. Вот ты, например, разве не позволил себе зависеть от одного маленького сосуда, в котором хранится твоя душа? Уничтожь его и где всё твоё хвалёное бессмертие и совершенство?

Дед засмеялся, а потом серьёзно ответил:

— Думаешь, я не знаю, что ты меня сейчас убьёшь? Вот только я также знаю, что ты не позволишь себе уничтожить мою филактерию навсегда. А значит, мы ещё обсудим это спустя много лет.

— Ты даже не подозреваешь, насколько много, — улыбнулся я.

Да, мой дед действительно это сказал тогда, но сейчас его слова показались мне едва ли не пророческими.

Шахматная партия тем временем шла своим чередом. Дед срубил две мои пешки, и химеры, расстроенно вереща, убежали с доски.

В свою очередь, я лишил его одного из слонов.

— Ну? И что тебе наговорили? — вдруг поинтересовался он, — что я слетел с катушек и вырезаю всех без разбора ради своего ритуала?

Я кивнул.

— Примерно так. Только куда более эмоционально.

— Брехня, — тут же отозвался дед, — всё, что мне было нужно для трансформации в лича, я подготовил уже много лет назад. А остальные годы просто готовил к переходу своё тело.

Уверен, что так оно и было. Я и сам прекрасно знал, что требуется для перехода. И к массовому жертвоприношению прибегнул бы лишь совсем неумелый некромант. Дед к таковым не относился.

Однако я спросил:

— Тогда в чём же дело?

— В трусости, — мгновенно отозвался он, рубя голову ещё одной моей пешке, которую я специально подставил ему в жертву, чтобы заманить в ловушку, — местные маги, мои дорогие соседи, — ухмыльнулся он, — прознали про мои изменения и испугались того, кем я стал. Они решили от меня избавиться. А, как ты знаешь, я не терплю, когда кто-то бросает мне вызов. Кто-то называет это мстительностью, а я — практичностью.

Как я и ожидал, в испытании всё, что по тому же сценарию, что и в реальном прошлом. И разговор, очевидно, никак не поменяется, если я буду задавать те же вопросы. Так что я решил немного сменить вектор беседы.

И, спустя ещё несколько ходов и ничего не значащих фраз, спросил:

— Как думаешь, из-за чего человек может предать?

— Из-за тех самых человеческих слабостей, за которые ты всё ещё держишься, — тут же отозвался он, а потом уточнил, — ну и смотря какой человек.

— Любой, друг, любовница, деловой партнёр, — ответил я, передвигая ферзя, — шах.

— Ради того, чтобы возвыситься, — мгновенно отозвался дед, убирая короля из-под удара, — если у него есть шанс стать выше тебя, то он им воспользуется. Будь уверен.

— А что насчёт других причин? — решил уточнить я.