— А по поводу ваших собратьев? Мстить не собираетесь?
— Эти идиоты сами виноваты, — хмыкнул Гематоген. — Слишком расслабились, слишком привыкли, быть вершиной пищевой цепочки. Я не участвовал в их играх, мне не интересны их устремления. У меня с ними был нейтралитет. Надеюсь, с тобой у меня тоже будет нейтралитет. Ну же, соглашайся, мальчик. Альтернатива у тебя очень плохая. Сейчас твой защитник не сможет мне противостоять. Я могу убить вас всех, а этого превращу в низшего. Ещё одного слугу я, так уж и быть, смогу содержать.
В общем, Валерка согласился — а что ещё оставалось? Демьян драться не мог, он и встать-то пока был не в состоянии. Хорошо хоть, пришёл в себя достаточно, чтобы проконтролировать обмен клятвами. Оказывается, вампиры этой форме договора тоже доверяют, так что пришлось Гематогену с Демьяном наскоро составить устраивающий обе стороны текст, который в конечном итоге сводился к простой формуле: не вредить друг другу и не наглеть. Никакой взаимопомощи, понятно, и, в случае, если одна сторона заденет интересы другой, прежде, чем начинать боевые действия, следует сначала обсудить их причины. Может ведь так случиться, что интересы затронуты не специально, а по незнанию. В этом случае тоже проще договориться.
— И да, я не собираюсь требовать оплаты за оказанную вам услугу, — уже после принесения взаимных клятв вдруг сказал Гематоген. Он давно отпустил Лёху. Парень, кажется, до сих пор пребывал в прострации, а может, заполучил фобию — он держался так, чтобы между ним и вампиром обязательно кто-нибудь был.
— Какую услугу? — уточнил Валерка. Очень ему не хотелось быть обязанным вампиру.
— Ну как же. Ты разве не заметил, что тебя до сих пор не нашли коллеги вот этого мальчика? — он кивнул на Лёху, — Я замну это дело. Мне тоже не нужна широкая огласка. Что бы там не произошло, пусть это останется тайной. Дело будет закрыто в ближайшие дни.
Глава 8 В которой Смородина ближе не становится
Прощанием, как и приветствием до этого, Гематоген себя утруждать не стал. Развернулся и ушёл не оглядываясь. Валерка ощутил острое, непреодолимое желание достать пистолет и расстрелять нежить в спину. И плевать на клятвы, главное нашпиговать мерзкую гадость серебром так, чтобы смерть, своим белыми бельмами накрыла его глаза, а красивое, молодое тело усохло и рассыпалось в прах. Удержался парень только от удивления. Вроде только что нормально относительно общались. Особой приязни к Гематогену он не испытывал, но и такой лютой холодной ненависти — тоже. Откуда вдруг взялась? Через секунду сообразил — не его это ненависть. Это навья поделилась. Очень ей не понравилось, что кто-то захотел ей управлять против воли.