Последнее, что я увидел, были контуры испаряющихся башен, растворяющиеся в раскалённой плазме…
Меня выкинуло в портал докатившейся ударной волной. Глаза нестерпимо жгло несмотря на все выставленные мной щиты, да если честно — я вообще ничего не видел, кроме ослепительного шара огня.
Говорят, ядерный взрыв можно увидеть только два раза в жизни. Левым глазом и правым.
Я посмотрел сразу двумя.
И ни о чём не жалею!
ㅤ
Конечно, невесты меня чуть сами не убили. И Голицын к ним присоединился. Но так-то, если подумать — я не сильно рисковал. Да, чуть не сжёг сетчатку. Но это ведь не магический огонь и не проклятие. А обычный ожог мне любой целитель подлечит, делов-то!
Да я и сам, в некотором роде…
Я оглянулся вокруг и сквозь белое марево понял, что мы действительно в храме Лексы, в мире белкусов. И храм был этими самыми белкусами просто битком набит. Все слушали оратора — Чип с важным видом что-то им объяснял. Наверняка, как в очередной раз спас мир.
— Как думаешь, он выжил? — спросила Аня, когда суета немного улеглась.
— Ну, задницу мы ему определённо подпалили, — усмехнулся я. — Но это же бог, как ни крути. Его хрен убьёшь.
Осталось придумать, как добраться до дома. Но это уже детали.
Глава 6 Пора домой!
— Если говорить откровенно, господа, — Голицын, запрокинув бутылку, отпил из горла и передал дальше по кругу, — то это был полный п****ц.
Пережив первый восторг белкусов от нашего появления, мы выкупались в холодной речке, протекавшей недалеко от храма, переоделись в чистую полёвку военного образца, предусмотрительно положенную дедом вместе с припасами, и теперь ждали, сидя под сенью дворцового Древа, когда набулькаются девушки. А чтобы немного скрасить ожидание — изучали винотеку предателя Люберецкого.
— Ага, славный вышел поход! — согласился Могрим, принимая коньяк двадцатилетней выдержки. — Мы могли погибнуть две с половиной сотни раз! Но мы сделали, что до́лжно — и вернулись!
— Я вам больше скажу, — усмехнулся я. — Мыдолжны были погибнуть в каждом из этих миров. А в Цитадели нас ждала участь в тысячу раз хуже.
— То есть ты согласен с моим определением? — озадаченно приподнял бровь Голицын.
— Ещё бы! — хмыкнул я, отхлёбывая в свою очередь из бутылки и туша печать регенерации. — Весь этот рейд был одним сплошным безумием! И если уж говорить откровенно, то мы прошли на чистой удаче!
— Ты хочешь сказать, — нахмурился Голицын, — что не контролировал ситуацию?
— Невозможно контролировать хаос, Ваше Величество, — я передал ему коньяк. — Но его можно возглавить!
— Угу… оседлать волну, — Володя отобрал бутылку у отца.