— Этот меч в качестве дипломатического дара преподнесла мне твоя дочь, Ариэль, — Император с лёгким щелчком вытащил клинок из ножен на ширину ладони. — Он из мифрила, и это живое оружие, которое подчиняется только тому, кто вершит правое дело.
У Бротегара, да и у Шони, очень натурально округлились глаза, когда Тесса перевела сказанное.
— Да, не удивляйтесь, Ариэль нашла его разломе, а в разломах можно встретить и не такое. Держи, брат, — он протянул меч князю. — Тебе он сейчас нужнее. Вернёшь, когда твой народ окажется в безопасности.
— Это… у меня нет слов, — князь принял меч двумя руками, склонив голову. — Спасибо, брат.
Тесса перевела фразу Бротегара на русский и, не удержавшись, промокнула глаза тыльной стороной ладони.
— А мы прерываемся для показа фильма, — очнулась Кристина. — Оставайтесь с нами!
Глава 18 Объединяющий миры
Фильм умельцы из Тайной Канцелярии собрали прямо таки хороший. Добротный такой. Начиная с того дня, когда Ариэль передала в дар Голицыну меч, создатели фильма рассказали всю историю пребывания инферн в нашем мире. И я даже не удивился, когда услышал голос всё той же Кристины за кадром, а потом и в кадре. Похоже, неплохо её Разумовский припахал!
Но фильм был не только и даже не столько об инфернах, сколько рассказывал о большом мире за пределами нашего. То, что раньше считалось уделом сказок и самых смелых научных теорий, теперь перешло в разряд официальной государственной позиции. Следующий шаг — доктрина безопасности, сперва хотя бы в рамках Империи, а там, глядишь, и мира в целом.
И это правильно. Это хорошо. Люди должны увидеть, насколько смешны эти деления на государства на фоне Большой Игры. Костяному Скульптору, к примеру, положить с прибором, где проходит граница той или иной империи, для него все они в равной степени сырьё для поделок.
Лесной пожар, добравшись до муравейника, не вызывает муравьёв на переговоры.
В самом конце фильма пустили кусочек из интервью Голицына двухнедельной давности. Хм… всего две недели, а кажется, будто в прошлом году!
— Наш настоящий враг там — в глубинах эпицентров, в разломах, во множестве других миров.
— Вы сейчас говорите о разломных монстрах?
— Можно ли назвать простым монстром существо, способное командовать армиями и мыслить стратегически?
Кадры интервью сменились записями боёв в мире белкусов, ночного боя в Инферно, вчерашнего прорыва под Коломной. И везде крупным планом — вожаки, ведущие свои клыкастые армии.
— Это уже не монстр, — голос Императора за кадром не оставлял места для двух мнений. — Это разумная, враждебная сила, и это делает её тысячекратно опаснее.