Жаль только, что камера в тенях бесполезна, разве что в самом верхнем слое…

У меня созрел план действий…

Перемещаясь в тенях, я вышел на позицию первого снайпера. Чердак какого-то склада, разбитое слуховое окно и оборудованная позиция. Чемоданчик для оружия, термокружка с кофе. Снайпер вёл стрельбу из полуавтоматической винтовкой, российского, между прочим, производства! Всё продумали!

Кроме моего появления.

«Всплыв» в пограничный слой теней, я включил погасшую камеру. Нехотя, но прибор заработал. Убедившись, что съёмка ведётся, я поставил шлем на пол, а сам вышел в привычный слой реальности.

— Кто?.. — начал было спрашивать ацтек, поворачиваясь на шум.

Но я с ним лясы точить не стал, просто и без затей ткнул мечом в глаз. Во-первых, нечего с ними церемониться, во-вторых, мне нужен «язык».

Душа снайпера исправно отправилась ко мне «на передержку». Там, на берегу океана, его встретит моя личная гвардия — Ярозавр, Лунатыч и Лава. Пусть пока помаринуется, потом время будет — допрошу, да и отправлю на перерождение.

Подхватив шлем, я максимально подробно, но очень быстро, отснял позицию, вид на причал, оружие, самого снайпера, даже пошарился у него в карманах, но, конечно, ничего не нашёл. Неодарённый, не слишком меткий стрелок — пушечное мясо, одним словом. Я торопился, ведь по соседству продолжали звучать выстрелы.

Та же история повторилась и на остальных позициях. Только здесь я не убивал — хватит мне и одного пленника. Глушил тьмой с расчётом на пару часов бессознательного состояния. Хотя пару снайперов уже до меня кто-то успел подстрелить, точным попаданием в лобешник.

Через пару минут стрельба прекратилась вовсе.

Я выглянул в окно. Причал оказался просто усеян ранеными. С одной стороны — да и хрен с вами, сдохните. А с другой…

А с другой это повод прокачать дипломатический статус.

Рывок через тени — и я снова среди инферн. На берегу их оставалось уже совсем немного.

— Целительницы есть? — спросил я на инфернском.

— Каждая третья, господин… — ответила мне одна из девушек.

— Надо подлечить нескольких раненых местных, — начал я объяснять, и тут же увидел, как скривились лица у девушек. — Вы не обязаны! Эти люди хотели вас растерзать, и я никого из них не оправдываю! Но они всего лишь жертвы предрассудков. И сейчас у нас с вами есть шанс эти предрассудки если не развеять, то пошатнуть.

Рогатые запереглядывались.

— Я согласна, — вышла вперёд одна девушка, судя по цвету кожи — соотечественница Ариэль. — Но хоть один косой взгляд…

— Косые взгляды наверняка будут, — покачал я головой.