— Что думаешь? — спросил я у Володи, всё-таки Империя по большей части его, а не моя.

— Даже не знаю. А ты?

— Я думаю, что эти засранцы не врут. И что японцы реально могут запытать. Другой момент, что времени мы угробим хренову гору, а нам ведь ещё мотаться и мотаться…

— Ваше Благородие, у нас есть заготовленные пути отхода! — встрял мэр. — Разрешите сделать всего лишь по одному звонку!

Пришлось перетереть с Высочествами. Удивительно, но все наши пять пальцев указали вверх — даже Нага смягчилась. Видать, гормончики начинают шалить, и в дверь стучится сентиментальность. Короче говоря, решили, что ничего страшного не будет, если предатели спасут своих детей и женщин своими силами. Готовились всё-таки. Заботились, стало быть.

Звонили гады по очереди, со своих телефонов, которые мои начинающие диверсанты благополучно прихватили с собой. Под моим пристальным контролем и под максимальным давлением Дара Тёмной, чтобы ни шага в сторону от того, о чём договаривались. Что мэр, что промышленник сказали всего по нескольку слов:

— Эхэ эсэгэнтай хонходобо… чего-то там непонятно… болоо.

В переводе это значило: «Твои родители звонили, у дедушки сердечный приступ».

За время подготовки японцы поднаторели в русском языке, но за языки малых народностей, как мне кажется, даже браться не начали, потому что сотни их… а может быть и тысячи.

Коды были настоящие. Дар Тёмной гарантировал это. Причём друзья так спелись, что даже коды использовали одинаковые. И, как и следовало ожидать — никаких дедушек на этом свете уже не осталось. Ни у того, ни у другого.

По одному доброму делу в день — и хватит. Забрав у обоих телефоны, я отправил пленников в криптор отдельно от их имущества.

А теперь начнём играться с пиротехникой! Промышленник дал адрес склада, о котором говорил ранее, и я в тенях верхом на Лаве ещё разок прошвырнулся в город. Установил заряды, а затем утащил в криптор всё самое интересное… больше оружия богу оружия!

По правде говоря, утащил бы всё. Заодно и проверил бы криптор на вместимость, а то он мне пока что кажется каким-то бездонным. Но ведь склад с боеприпасами должен взорваться, как склад с боеприпасами.

Этот салют должен быть виден аж из Москвы! А если еле-еле пукнет, то будет крайне подозрительно. И опять под удар попадут невинные люди — япошки обвинят складских работников в том, что те потырили боеприпасы. И под нож их, под нож…

«Чип, — связался я с бригадиром гоблином. — Ну что там у тебя?»

«Паклейка гатовая, хайзяя! Веду дураков абратна на стадион!»

«Погоди-погоди, — сказал я. — Сами дойдут. Бери с собой парочку самых смышлёных и дуй сюда».