— А за остальными дверями что? — я прищурился.

— Богатства Хозяина неисчислимы… — кобольд попытался увильнуть. — Ты спросил про золотые монеты, я ответил.

— Вот ведь скотина изворотливая! — я покачал головой. — Ну ничего, мы с тобой ещё поболтаем. Про все двери!

Я вынырнул обратно в реальность. Мрачный зал с его зеленоватым освещением показался особенно неуютным после песчаного берега Океана.

— За мной! — схватил я Аню за руку. — Знаю, где искать!

Мы побежали в дальний конец зала, перепрыгивая через разбросанные вещи, огибая сундуки и стойки с древним оружием. Дверь там действительно нашлась — массивная, вырезанная из цельного куска чёрного разломного дерева и окованная потускневшей бронзой. От неё веяло той же древностью, что и от содержимого сундуков.

Замок на ней оказался послабее, чем на входных воротах, но всё равно пришлось повозиться. В конце концов, я просто выбил дверь, как и ворота. Дерево оказалось на удивление прочным — дверь просто сорвало с петель, и она отлетела к стене напротив.

За дверью обнаружился длинный коридор, освещённый всё теми же зелёными факелами.

Повернули налево, прошли мимо первой двери. У второй я на мгновение задержался — она выглядела скромнее прочих, без магической защиты. Просто добротная дверь из тёмного металла.

Один удар — и створка с грохотом и скрежетом вмялась внутрь. Второй — и петли не выдержали издевательства, сорвались.

За дверью оказалась не очень большая, но с высоким потолком, комната. Каменные ступени уходили вниз, намекая, что комната имеет форму колодца. И она едва не до краёв была засыпана золотыми монетами.

— Никогда не думал, что скажу такое, — пробормотал я, глядя на эти груды золота, — но… я купаться!

И, не раздумывая, прыгнул с порога вниз. Монеты разлетелись брызгами из-под моих ног. Но искупаться, конечно, не получилось. Ладно хоть не щучкой сиганул.

Теневым зрением я различал под слоем золота каменную лестницу, какие-то сундуки и истлевшие мешки на самом дне.

Интересно, сколько столетий этот псих их собирал? — подумал я. Судя по длине теней от этих предметов, монеты лежали здесь не первое тысячелетие.

Я активировал криптор, и артефакт отозвался знакомым мелодичным звоном, но теперь в нём звучали новые нотки. А потом монеты начали исчезать.

Золото исчезало слой за слоем, обнажая древние ступени. И вдруг — новый звон, совсем другой тональности.

Неужели? — я затаил дыхание и попробовал достать Чипа.

Белкус материализовался рядом, недоумённо озираясь. В зеленоватом свете факелов его шёрстка казалась какого-то нездорового оттенка.