— Я понимаю, что для всех будет лучше, если Чернов останется у русских, — кайзер многозначительно обвёл взглядом присутствующих и остановился на короле Франции. — А не найдёт себе пару у кого-нибудь с чрезмерными амбициями по захвату всей Европы.

— Это кто тут с амбициями? — вскинулся Луи. — Уж кто бы говорил!

— Давайте признаем очевидное, — вздохнул Максимилиан. — Россия здесь — единственные, кто не претендует на господство в Европе. У них и своей земли достаточно.

— Вот именно! — оживился Мусасимару. — Столько земли, что они просто не знают, что с ней делать!

— А я смотрю, кто-то в себя поверил? — усмехнулся Чжао. — На подвиги потянуло? Лавры Наполеона покоя не дают?

— Ничего, — улыбнулся молчавший до того король Исландии, — компост из японских солдат получится ничуть не хуже, чем из французских или немецких.

— Господа, господа, — президент США поспешил вмешаться, заметив, как темнеют лица монархов, — давайте не будем накалять обстановку! И кстати, неужели только я заметил, что Чернов… давайте называть вещи своими именами… что Чернов и иномирная княжна — любовники?

Голицын закатил глаза, Луи одобрительно выгнул бровь и улыбнулся, Чжао понимающе усмехнулся. И только Мусасимару презрительно скривился, но его мнения никто не спрашивал.

— Вижу, ни для кого это не новость, — кивнул своим мыслям президент. — И раз уж мы закрыли вопрос с демоническим происхождением…

На всякий случай он опасливо покосился на китайца, но тот сидел с непроницаемым лицом, ожидая продолжения.

— … то может как-то поспособствовать легализации их союза? — закончил свою мысль Джеймс, и тут же добавил: — В дипломатических целях, на случай, если в будущем нам придётся встретиться с народом инферн. А какие они воины, девушки сегодня показали. И это несмотря на то, что, как мы знаем, минимум половина из них вообще не бойцы, а целительницы!

Слушали его внимательно и не перебивая.

— Да, поднасрали нам ацтеки, — выразил общее мнение кайзер и повернулся к Голицыну. — Брат, сделай хотя бы княжне нормальные документы. Пусть уже молодые люди…

Голицын, сидевший в это время с вытянутым от офигевания лицом, перебил своего дальнего родственника:

— Фридрих, я что-то вас не понял, — он оглядел остальных членов Совета. — Мы здесь собрались чтобы обженить Чернова? Или серьёзные вопросы решать?

— О, что может быть серьёзнее? — улыбнулся король Франции.

— Так вы бы хоть определились, на ком из принцесс вы его женить хотите! — рассмеялся Голицын.

Луи с Фридрихом переглянулись.

— На обеих, — развёл руками кайзер. — А что, у тебя какие-то проблемы с ксенофобией?