На краю города расслаблено раскинула лапы разруха. Косо развалилась и беззубо скалилась в окна пролетающего кортежа. Безлюдно и грязно. Дома с треснувшими стенами, выщербленные фасады, мусор. Но буквально через пару километров ситуация резко поменялась. Вспыхнули огни фонарей и подсветка. Рекламные щиты засияли даже на фоне яркого дня. Нижние этажи большинства зданий превратились в ухоженные парки и уютные зоны отдыха. Расцвели кофейни и рестораны, где можно посидеть и пообщаться. Открытые спортивные площадки, безопасные камеры для дуэлей и спаррингов стигмеров.

Слегка кололо взгляд отсутствие магазинов, которое обычно ожидаешь в подобных мегаполисах. Но это легко объяснялось всё теми же рекламными щитами — они предлагали только заказать, а доставка, сборка, подключение и, в некоторых случаях, вживление — не только в удобное для вас время, но ещё и за счёт фирмы продавца.

Над головой, словно тысяча склеенных между собой дирижаблей, парил верхний город. Мощные конструкции поддерживались скрытыми опорами и башнями. Их специально располагали так, что заметить можно только из определённых мест. Эти места, в свою очередь, закрывали смежные строения.

Центральный район походил на корабль. Над городом, словно выросли мачты и реи. Арочные шоссе и нитки монорельса напоминали такелаж. Верхний Город, как сказочный парусник уплывал в светлую даль.

Вблизи же каждая многоэтажка смотрелась отдельным монументом гению архитектуры.

Чем ближе к центру тем высотки становились выше и сложнее. Главное здание города — умопомрачительная фигурная башня с десятком отдельных ромбовидных шпилей, возвышалась над остальными многоэтажками почти вдвое.

Когда башня наконец показалась в просвете двух других поменьше Упрямец начал хохотать, чем заставил имперских мечников, что ехали с ним в одной машине, нервно напрячься.

— Вот умора, — никак не утихал «некнязь». — Даже вывеску не сменила.

На боковой грани высотки горели золотом буквы: ТРЦ «Империя». Сверху стилизованная корона с пятью зубцами.

* * *

Дворцовый этаж Империи. Широкие коридоры, автоматические двери. Роскошь и блеск золота, показное богатство. Пустота больших пространств.

Без гудящей толпы придворных эхо повторяло каждый стук подошвы по десять раз. Стук сливался с цоканьем стальных когтей по мрамору. Большая кошка с золотистой шкурой отчего-то не прятала когти в пазухах. Наверное транслировала какой-то намёк от своей своенравной хозяйки.

Упрямец никогда не был силён в женских намёках, а поэтому просто топал следом, со скукой поглядывая на вереницу колонн и потолок с лепниной.