— Вряд ли это уместно, — сглотнул техник, уже пожалев, что вообще открыл рот.

— Не бойся, парень, — успокоил работягу Упрямец. — Если это касается проекта, то говори свободно.

— В техническом задании повышенные требования к скорости и проходимости. При этом машина должна сохранять ход даже на трёх любых колёсах.

— С этим проблемы?

— Нет, мой князь. Мы уже реализовали это в проекте. Но у активной подвески такой сложности слишком много подвижных деталей. Всё это быстро изнашивается и требует защиты от воды, грязи и перепада температур, а вы, я так понимаю, собрались в пустыню…

— Короче, — поторопил Упрямец.

— Заданы слишком строгие ограничения по массе. Это приведёт к низкой надёжности и сложному ремонту в случае поломок.

— Какой запас хода без поломок ты гарантируешь?

— При интенсивном использовании в условиях пустыни тысячу пятьсот километров, не больше, — осторожно выдал техник, на всякий случай урезав гарантийный пробег на треть. — Если бы мы могли повысить массу.

— Нет, — отрезал Упрямец. — Это скажется на скорости. Полторы тыщи хватит. Можешь даже уменьшить силовую установку до такого запаса хода.

— Тогда лучше её совсем убрать и поставить отдельную батарею на каждый привод, а сами привода встроить в каждый колёсный обод, — внезапно заявила Тина, а когда «некнязь» удивлённо на неё оглянулся добавила: — Что? Я с детства люблю прайм-конструктор.

— Ещё заменим сервоприводы подвески на синтемышцы, — вставил техник. — Раз большой пробег не нужен.

— Тогда их можно кевларовым полотном закрыть вместо нанопластин, — ещё добавила Тина.

— Тогда придётся всё переделывать и добавить… — начал другой техник, увлёкшиеся работяги уже и забыли, что князь всё ещё тут.

— Тогда… — прервал поток инженерных мыслей Упрямец и повернулся к выходу: — Мне тут действительно нечего делать. Занимайся, деточка.

— Но ты не планируешь возвращаться из пустыни, да? — в спину ему заявила Тина.

— Слишком много текста при посторонних, — не оборачиваясь бросил Упрямец продолжая двигаться к двери.

— Мои люди не из болтливых, — прищурилась Тина и махнула ладошкой на техников, те сразу же заторопились вернуться к работе, умело притворяясь, что напрочь оглохли. — Просто ты не можешь оставить меня одну под присмотром Сех.

— Без сопливых разберёмся, — буркнул «некнязь». Он это и так прекрасно понимал. У Львицы на всё своё мнение, и если она решит «убрать» часть ядра, то обязательно «уберёт», как только подвернётся подходящий повод. Вряд ли императрицу убедили доводы про хранительницу памяти стигмы. Один из девизов Сехмет: «Лучше просить прощение, чем разрешение».