Его внимание привлекла тумба рядом с выходом. Вернее не сама тумба, а странное пятно на ней. Раньше пятно имело другие очертания. Когда он оказался совсем рядом пятно резко выбросило в его сторону два протуберанца, словно хотело потрогать незваного пришельца.

Чужое тело снова «взбрыкнуло» и рефлекторно попыталось оттолкнуть опасность. Выставило руки без разрешения хозяина, так иногда бывает в моменты неожиданной опасности.

Организм выплеснул в кровь адреналин, мышцы непроизвольно напряглись, в голове что-то легонько щёлкнуло, словно переключатель. Из ладоней пыхнули две жиденькие струи огня. Сжечь они ничего не смогли, зато хоть осветили помещение. На тумбе сидел чёрный паук размером с хорошего кота. Он поднял передние лапы, словно собирается прыгнуть, или плюнуть ядом, или что там такие здоровые пауки умеют.

Пламя продержалось всего секунду и потухло. Всё снова погрузилось в синие тона, но теперь в них невозможно было ничего разобрать. Перед глазами маячила голубая клякса — верх тумбы нагрелся от огня и размыл тепловой контур. Где-то в этой кляксе паук готовился к нападению. Просто лупить его кулаком или поворачиваться спиной для бегства было бы глупо, а подходящее оружие нужно ещё отыскать.

Однако Упрямец успел уловить то мимолётное чувство, с которым из ладоней било пламя. Его разум, привыкший работать с большими объёмами входящей информации, интуитивно вычленил необходимые эманации, трансформировал их, усилил и выплеснул снова, теперь уже осознанно и целенаправленно. Ещё тело, что называется, добавило масла в огонь. Нервная система продолжала щедро добавлять в кровь адреналин, отчего усиление возросло кратно.

Из ладоней ударили тугие, малиновые струи пламени. Они причудливо скрутились в жгуты, угрожающе загудели. Даже не заметив спалили паука, расплавили верх тумбы, врезались в стену, отразились от неё, ударили в пол, снова отразились. Выпорхнули в простор тоннеля и превратились в два мощных огненных вихря.

— Хрена себе, — выпучил глаза Упрямец, стараясь отодвинуть огонь подальше от лица. От неосознанного движения напряжённых мышц протуберанцы пламени выросли ещё больше.

Свод громадного тоннеля ярко осветился. Вспыхнула паутина на разбитом грузовом вагоне, что одиноко висел посередине. Затрещали от жара горы битой штукатурки. Судя по лихорадочному блеску десятка глаз на морде, паук-великан под потолком тоже порядочно удивился. Причём как бы не больше самого начинающего метателя огня.

Паук раскорячился между двух монорельс и размером не уступал вагону. Громадные лапы непроизвольно дёргались, так как между ними лупила одна из огненных струй попадая бедолаге прямо в пузо. Жёсткие волоски на теле с треском скручивались и дымили, но мощный хитиновый панцирь оставался относительно целым.