сидела тёмная фигура. С рожками. И смеялась. Громко так, противно. А потом махнула рукой — и колесо снова в тине запуталось. Остальные русалки закивали, одна даже вздрогнула, будто заново переживая тот момент. Они придвинулись ближе к берегу, но всё ещё держались вместе — как стайка разноцветных рыбок, готовых в любой момент нырнуть в глубину. — Точно чёрт, — вздохнула Велимира. — Злой дух из изнанки. Его цель — погубить человека, довести до отчаяния, забрать душу. А пока он забавляется, портя мельницу и мутя воду. Ярко сжал кулаки: — Значит, надо его поймать. — Верно, — кивнула Велимира. — Останемся здесь на ночь. Дождёмся, пока он снова явится. Водяной, подплывший ближе, покачал головой: — Осторожнее будьте. Он хитрый. И сильный. — Мы справимся, — твёрдо сказала Велимира. — А ты, водяной, пока отдохни. Собери силы. Завтра нам может понадобиться твоя помощь. Русалки закивали, зашептались между собой. Одна из них подплыла ближе и протянула Велимире блестящую ракушку: — Возьми. Она покажет, если он рядом будет. Засверкает синим. — Спасибо, — улыбнулась ведунья. — Вы тоже будьте осторожны. ************** Солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные тени на воду. Велимира и Ярко нашли укромное место среди ив на берегу — оттуда хорошо просматривалась мельница и пруд. Они устроились, приготовившись к долгому ожиданию. — Думаешь, он придёт сегодня? — тихо спросил Ярко. — Обязательно, — ответила Велимира, проверяя обереги. — Он не может остановиться. Ему нужно доводить дело до конца. И сегодня мы ему помешаем. Небо темнело, зажигались первые звёзды. В лесу затихали дневные звуки, сменяясь ночными шорохами. Велимира и Ярко сидели молча, вглядываясь в темноту. Где‑то вдали ухала сова, а вода в пруду всё ещё чуть заметно бурлила — будто что‑то большое и злое ворочалось в глубине, готовясь выйти на охоту. Глава  25. Ночная засада С наступлением темноты Велимира и Ярко укрылись неподалёку от мельницы — за старыми деревьями с толстыми, узловатыми корнями и густой кроной, которая надёжно прятала их от чужих глаз. Воздух стал прохладнее, от пруда тянуло сыростью и запахом тины. Луна светила тускло — тяжёлые тучи то и дело закрывали её, погружая окрестности в почти полную тьму. Лишь изредка бледный свет прорывался сквозь облака, на мгновение озаряя мельницу, пруд и тёмные силуэты деревьев. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь редкими звуками ночного леса: далёким уханьем совы, шорохом листьев под лапами какого‑то зверька да стрекотанием ночных насекомых. Велимира и