Только вот этот глаз-сканер и особое оперативное чутье к делу не подошьешь. На нем доказательную базу не построишь. Вот и приходилось слушать всю эту брехливую тарабарщину Кучкова.

— Почему вы решили, что именно этот молодой человек ваш портсигар украл?

— Очень она ему приглянулась. Другу своему хотел подарить. Он уже и купить был готов. Только у него с собой столько денег не было, — продолжал нагло врать Бульдог или, если выразиться по-другому, выстраивать свою альтернативную версию событий.

— И потом вы обнаружили, что он пропал?

— Да, я обернулся, а не пионера, ни портсигара. Ноги ему приделал, ловкач какой.

— А откуда вы узнали, как зовут и где искать этого пионера? — задал очень сложный вопрос Сахаров.

И ведь правда откуда он узнал мой адрес и точное фио, которое указал в заявлении.

— Так у мальчишки денег не оказалось нужных. Он хотел мне расписку оставить. Назвал имя, фамилию и адрес. Но я отказался. Ищи дурака. А если бы соврал, то, где бы я потом свои денежки искал.

— То есть мальчик сказал вам фамилию, имя и адрес, при чем настоящие, а потом украл у вас вещь? Вам не кажется, что это как-то не сходится? — спросил Сахаров.

— Дак дурак, потому что. Мальчишка сопливый. Чего с него еще взять? Ни опыта жизненного. Пороху еще не нюхал. Вот и совершил ошибку. А так бы, где я его искал? Вот то-то и оно…

Версия Кучкова была шита белыми нитками.

Сахаров сам это понимал, но игнорировать заявление потерпевшего он не имел права.

— Серебряный портсигар в указанном вами месте мы нашли.

Сахаров кивнул мне.

Я раскрыл портфель и поставил портсигар на стол.

Кучков бросил на него быстрый равнодушный взгляд и сказал:

— Да, это мой портсигар. Подтверждаю.

— Тогда пишите расписку о получении своего портсигара и можете быть свободны, — устало произнес Сахаров.

— А с мальчиком что будет? — участливо спросил Бульдог.

— Мальчик задержан и ответит по всей строгости закона, — сурово заявил Сахаров.

Бульдог посмотрел на меня, посмотрел на Сахарова, тяжело вздохнул и сказал:

— Ну, я так не могу. Я что не человек что ли? Я что без понимания. Ну с кем не бывает. Оступился мальчишка. Предлагаю его пожалеть. Нельзя же мальчику вот так жизнь ломать.

— Что вы предлагаете? — заинтересовался Сахаров.

— Я заберу заявление. Портсигар у меня. Так что и заявление никакого не надо. Ущерб ликвидирован. А вы с мальчиком проведите разъяснительную беседу, или что там полагается. И пусть живет дальше. Если уж снова отступится, то тогда выхода другого не будет. Надо карать безоговорочно, — сказал Бульдог.

— Вы имеете полное право забрать заявление, — сказал Сахаров, не давая оценку этому действию.