Смахивая со лба кровь от многочисленных порезов, Сергей тяжело брел по длинным полутемным переходом, а нога с каждым шагом болела все сильнее. Пару раз тварям все же удалось задеть его, и теперь за ним по дорогому ковру тянулись кровавые следы.

Одно хорошо — в этой усадьбе хотя бы нет ловушек…

— Ох, Сережа, твоя кровь так хорошо пахнет, — хихикали голосом Виолетты то с одной стороны, то с другой. — Когда я до тебя доберусь, я вдоволь попирую на твоих костях!

— Жду не дождусь, — пробормотал Димитров и прислонился к стене. Идти дальше было слишком больно, да и незачем в общем-то.

С каждым появлением обезумевших птиц он все тверже понимал, что это и впрямь уже не Виолетта. Чудовище, которое сейчас висит в небе и заглядывает в окна, окончательно завладело ее разумом и больше не отступит. К чему оттягивать неизбежное?

Он спрятался за выступом стены, и вдруг шорох крыльев затих. Повисла напряженная тишина, а затем ушей коснулся — кажется, из соседнего коридора — приближающийся стук каблуков.

— Прости, Ви… — проговорил Сергей, нащупывая в кобуре пистолет. — Если ты еще есть в этом теле, то прости…

За те два года, что им довелось прожить вместе, Сергей нередко ловил себя на мысли, что этот момент — когда ее иная сущность восторжествует над человеческим разумом — когда-нибудь настанет. Может, через год, через пять… Десять лет, или же на пороге смерти, но ему все же придется сделать этот шаг.

И вот они здесь. Значит, нужно сделать все, чтобы дать Виолетте упокоиться. Больше ничего не поделаешь.

Щелк! — Сергей снял оружие с предохранителя и, когда из-за угла показалась тень, поднял пистолет. Один выстрел решит все. Нужно попасть туда, куда в свое время он и не думал целиться.

В сердце.

Вдруг его ушей коснулся другой звук, и Сергей повернулся. Из-за поворота вот-вот выйдет еще кто-то.

Неужели это Пьер, или Маруся? Просил же не ходить за ним!

— Сережа-а-а-а! — раздался крик, и, мгновенно забыв про третьего участника драмы, Сергей повернулся. Она стояла перед ним — растрепанная, бледная и сногсшибательно прекрасная, как и всегда.

Пистолет тут же нашел цель. Палец надавил на спуск, и…

— Сережа… — улыбнулась его любимая. — Наконец-то я тебя нашла…

Пистолет дрожал в руке, а мушка смотрела прямо ей в грудь и чуть правее — там, где билось сердце, стук которого он слушал каждую ночь…

Он почти надавил на спуск. Еще чуть-чуть, и пуля пробьет ее насквозь. А она не двигалась — просто стояла перед ним, слегка разведя руки в стороны. Глаза были голубыми, и в них не было ни капли пламени Пожирателя.