— Нет. Они слишком мощные, а времени на подготовку у нас нет. Ладно, хватайте цепи и уберем их подальше от Титана, а потом уни… В сторону!

Зубр оттолкнул девушек, и луч, пройдя по касательной, обжег его плечо. Он выругался и повернулся к приближающемуся Титану. Полыхающий глазами монстр шел к ним в гордом одиночестве, однако каждый шаг давался ему все тяжелее и тяжелее. Он стонал и хватался за грудь, словно нечто внутри мешало ему.

— Женя! — охнула Настя, но брата нигде не было.

— Как глупо погиб… — прошипел Зубр, оглянувшись. До цели оставалось всего метров пятьдесят.

Через секунду позади послышалось рычание. Двери и окна здания вынесло сильным ударом, и на площадь выползла толпа нексов. Заметив людей, они было ринулись вперед, но вот при виде Титана твари попятились.

Зубр с девушками встали спина к спине. Без боя они сдаваться не собирались. Сзади Титана показался Жук — и он разгорелся так, что доспехи начали плавиться прямо на его плечах.

Вдруг свет померк, и все подняли головы. Из-за туч показалась черная гондола дирижабля.

* * *

— Я готова, господа! Готова вершить праведный суд! — закричала Ананке из шкафа, а следом послышался зловещий смех, а затем лихорадочные удары о стенки.

Гвардейцы попятились. Подходить к шкафу, откуда выплескивались мощные волны энергии, не рискнул ни один.

Гама отметила, что у каждого гвардейца за спиной висел парашют. Даже Николай с Салтыковым не забыли взять себе парочку. А вот нексонианке почему-то предложить «забыли»…

Фыркнув, она придвинулась к люку, и увидела внизу Кремлевскую стену, а за ней внутренний двор, где пылали две целенькие Звезды. Их пытались оттащить от какого-то гиганта, но тот пер к ним как каток. Затем на площадь выбежали нексы и заполыхала схватка.

Неожиданно Гама узнала в сражающихся Анастасию и Марию. А еще Зубра. Нексов становилось все больше и больше, и скоро монстры взяли их в кольцо. Гиганта при этом пытался побороть Жук, превратившийся в сплошной столп огня.

Где же хозяин? Неужели, он действительно мертв⁈

— Ну что же вы? — голосила Ананке из шкафа. — Смелее! Кто рискнет выпустить Обливион из шкатулки? Может быть, вы, Иоанн Васильевич? Или вы уже не хозяин в собственной Империи?

Лицо бывшего Императора приобрело трупный оттенок, но он не сделал и шага к ней. Вместо этого Иоанн молча подошел к рядам стоявших на коленях пленников и помог подняться одному из них.

— Ни с места! — рявкнул он Салтыкову, который попытался помешать ему. — Я хочу попрощаться со старым другом. Ибо мы теперь в одной лодке.

Он решительным движением сдернул с головы пленника черный мешок.