— Нет. Иначе тут все превратилось бы в стеклянную тарелку. Мои ангелы уничтожают орду Нексуса. Еще чуть-чуть, и Москва затихнет. Вот…

Она подняла палец, и все трое прислушались. Кажется, кто-то где-то закричал, и вдруг опустилась тяжелая, зловещая тишина. Только ветер шелестел между зубьями Кремля, а еще трещал огонь за стеной.

— В Москве умер последний некс, — сказала Ананке. — Все конечно.

— Тогда кто…

— Разве не узнаешь⁈ Он силен! Крайне силен! Это самое жуткое порождение Нексуса!

— И он сильнее тебя?

— Нет. Я сильнее всех на свете, — сказала Ананке и улыбнулась. — И я единственная могу убить это существо. Правда, жить мне осталось всего ничего.

— Ананке, — подошла к ней Гама. — Ты должна помочь нам с Нексусом. Оставь все прошлые обиды…

— Нет, — она подняла ладонь. — Никакой помощи, ничего. Только Забвение.

— Почему⁈

— Мне нет места, ни на Нексусе, ни на Земле. Да и мое время уходит. Я сделаю лишь одно дело… Последнее, и уйду отомщенной.

Вдруг на небе показались белые точки. Гама присмотрелась и разглядела целую свору ангелов. Они летали прямо к ним.

— Иоанн, — проговорила Ананке.

— Я, моя богиня.

— Идите ко мне!

Мягко посадив нексонианку на землю, Иоанн отошел и замерцал. Превратившись в столп света, он устремился в грудь Ананке и, окутав ее с ног до головы, растворился в ней. Нексонианка задрожала и откинулась на спину.

— Нет! — сказала она, когда Гама бросилась на выручку. — Тебе лучше отойти подальше!

Гама отпрянула, а Ананке распростерлась на земле и расставила руки в стороны. Дальше все заполнил ослепительный свет, и Амальгама прикрыла глаза рукой. Сквозь пальцы она увидела, как ангелы падали с неба, и каждый вливался в грудь своей госпожи. Скоро вся сотня мерцающих существ соединилась со своей повелительницей.

Выдохнув облачко серебристого света, Ананке вскинула голову и раскрыла рот в беззвучном крике. Наружу на мгновение вылезли пальцы, но нексонианка затолкала их обратно и с трудом проглотила.

— Как же много вас… — простонала она, свернувшись калачиком. — Как же много всего… Гама… Помоги!

Амальгама подошла и подхватила обжигающе горячую Ананке на руки. Никогда ей не казалось, что одно существо может быть одновременно всесильным как бог, и слабым как младенец. Накопив в себе чудовищную мощь, Ананке сгорала, и, кажется, точка невозврата была пройдена считанные минуты назад. С каждым шагом Амальгамы она становилась все легче и меньше, словно рассыпалась как фигура из песка на ветру.

— Поднеси меня к краю… Мы должны убить это существо… — стонала она ей на ухо, пока Амальгама медленно подходила к яме. — Дай мне собраться с силами… Погоди… Боже, как же нелегко быть всесильной…