— Похоже, — кивнул я. — Какая следующая станция?

— «Торговый центр».

— Надеюсь, товарищ майор уже там…

— Сука!!! — вдруг крикнул Петрович.

И к этому высказыванию нечего было добавить — прямо на пути в двадцати метрах от нас рухнул сияющий зеленым мобильный Монолит. И мало того, извергая из себя тварей, эта ногастая падла радостно рванула прямо к нам.

Скорость мы развили приличную и остановиться никак не успевали. К тому же, за нами увязалась Мантикора размером с дрезину. Если такая напрыгнет на нас сзади, то будет крайне хреново.

— Жми, Петрович! — крикнул я. — Всем держаться!

— Твою же мать! — выдохнул машинист и дернул рукоять вперед.

Вой, грохот и скрежет колес заполнили уши, а я схватился за поручни. Посадка будет жесткой…

Монолит навис над нами, а затем дрезину поглотило зеленое пламя.

* * *

— Простите великодушно, господин, — балаболил Красавка, отоваривая очередного кредитора, — вся сумма будет выплачена не позднее первого числа следующего месяца. Вы у нас не одни такие сахарные, подождёте. Alles!

И зверек проворно положил трубку. Пьер даже похлопал.

— Неплохо-неплохо, мой зубастый друг, — улыбнулся он. — Еще чуть-чуть, и ты сможешь заболтать самого Императора. Маруся, сделай погромче, послушаем, как там дела у Евгения.

Девушка тут же прыгнула к приемнику, и из него раздался встревоженный голос репортера:

— … с вами Наталья Устинова, корреспондент «Фаустовского репортера», и я нахожусь в самом эпицентре событий…

Помощницы Пьера тут же придвинулись поближе к устройству. Из коридора показались личики горничных. Пьер кивнул им, и вся шестерка окружила радио.

Вдруг из динамика раздался душераздирающий треск, звук на мгновение пропал.

— Ой, мама! — пискнула журналистка, когда передача возобновилась. — Сережа, ты жив? Отлично, работаем! Мы находимся прямо рядом с позициями Скалозубовых под Омском, и вот уже второй час идет кровопролитное сражение, которое обещает поставить точку в биографии кровожадного Омского Осколка.

— Где граф Скалозубов? — заговорил ведущий из студии. — Он на позициях вместе со своими людьми?

— Это пока неизвестно, но мы сейчас пробираем…

Снова что-то грохнуло и раздались крики. Целую минуту ничего не было слышно, а в кабинете раздался телефонный звонок.

Красавка схватил трубку, но это снова был тот хамоватый барон Еблонский, который названивал каждый день с уже какими-то совсем нелепыми претензиями.

— Пошли ты его к черту! — сказал Пьер Красавке. — Сказали же, что как дойдет до него очередь, так все выплатим!

Зверек кивнул и принялся объяснять барону, как устроена жизнь.