— Ну да, — кивнул Изюмов.

— Значит, простым ножом её не убьёшь: поставит щит и отобьётся. Она и ставила, наверно, но нож — артефактный, — кивнул Костя. — А что произойдёт, если достать артефактным ножом до чёрного сердца?

— Будут нанесены повреждения, способные вызвать резкие изменения в энергетической структуре, — Изюмов сжал челюсти. — Вот же сука… Он, значит, пытался девочку тёмной сделать?

— Да. Был бы умельцем — и сделал бы. А он — так, любитель. Девушка умерла от кровопотери, пока он над её грудью издевался.

— И не побоялся, что тёмная, даже раненая, его на лоскутья порвёт? — задумался Изюмов.

— Может, рассчитывал убежать, а может, ещё чего. Главное, что ему не удалось, иначе бы и эта проблема свалилась на наши головы… — Костя поднялся и вновь окинул взглядом тело.

— И вы говорите, что дело не по вашей части? — удивился Емельян Михайлович.

— Я борюсь с тёмными. А тёмные в таких вопросах осечек не делают, — покачал головой Костя. — Убийцей был придурок, наслушавшийся Булатова. Может, даже из тех, кто пристаёт к двусердым на улицах.

— Всё, понял, — согласился Изюмов и мотнул головой в сторону: — Константин, давай-ка ещё на пару слов…

Они отошли от толпы лекарей, сыскарей и служивых людей. Изюмов присел на одну из парковых лавочек, достал из кармана металлический цилиндр с ключом и, провернув его несколько раз, поставил устройство рядом с собой. В теневом зрении Константин увидел, как вокруг точки, где был установлен артефакт, появляется необычный купол.

Изюмов пошевелил губами и указал на место возле себя, на лавочке. Костя ничего не услышал, но понял, что от него требуется. Усевшись, он выжидательно посмотрел на Изюмова.

— Я поговорил с князем, — сказал тот. — С ишимским особым отделом вас пока не сольют. Но и со службы в первое время точно не попросят.

На этих словах Костя скривил губы. Мысль о том, что, возможно, придётся уходить в отставку, его не радовала.

— Да не кривись ты! — заметил его реакцию Изюмов. — Сам понимаешь, неоднозначно всё вышло… В наш особый отдел тебя не переведёшь: понижение будет. А Поперечного никто не готов менять на тебя.

— Да согласен я на понижение, дядь Вань!.. — честно ответил Костя.

— Ты согласен, Кость. А вот князь с недавних пор резко против. А знаешь почему? — уточнил Изюмов.

— Не знаю…

— А потому что, Кость! Подтверждение того, что тёмного вы всё-таки поймали, пришло с такого верху, что понизить тебя в должности — оскорбить государя, дурачина!.. При этом документы Тёмного Приказа так и не пришли! А вот сверху бумага пришла.

— Откуда? — поинтересовался Костя.