— Подлец! — оценил Бубен.
— Вот ты сволочь! — ругнулся Папоротников и посмотрел на меня. — Фёдор Андреевич, лучше не соглашайся!
— Я такие вопросы не могу решать сразу… И без совещания с умным человеком! — ответил я и посмотрел на жену. — Пойдём, Лин, пошепчемся…
— Пойдём, — согласилась Авелина.
— Вы не можете так поступить! — возмутился Папоротников, глядя нам вслед, а затем прошипел Базилеусу: — Вот ты!.. Я ведь чувствовал, что ты задумал что-то!
— Да! Я всегда что-то задумываю! — с радостной улыбкой того, кто и вправду перепил кофия, согласился ромей. — Но оцени, какой выход из положения!.. Красиво же!.. Ну и служить неудержимому — это почётно. А если он сам служит Руси, ну… Ему всё-таки лучше знать.
— Гад! — припечатал его Бубен. — Хитрый ты гад! Но, в целом, молодец!
— Спасибо… — Базилеус, кажется, даже покраснел.
Видимо, давно проклинателя не хвалили. Тем более, мастодонты уровня нашего Бубенцова.
Вот честно, я не удержался и улыбнулся. И Авелина тоже. Погладив Тёму, так и не проявившего за весь разговор агрессии к Базилеусу, она тяжело, с неохотой встала. Видимо, действительно очень устала за последние дни. После чего мы отошли от костра шагов на пятьдесят.
И, встретившись взглядами, одновременно произнесли:
— Думаю, надо брать!
— Бери его в вассалы!
Глава 13
[Помехи]
[Помехи]
[Помехи]
[Помехи]
— Я задам два вопроса, — вернувшись к костру, я пристально взглянул Базилеусу в глаза. — Чего ещё ты добиваешься, напрашиваясь в вассалы? И какая нам от этого выгода?
— Выгоды ваши, Фёдор Андреевич и Авелина Павловна, очень просты, — ответил разведчик. — Я проклинатель. А проклинателей на Руси мало. Мои родовые плетения часто проходят через обычные щиты. Сами знаете. И это первое. А ведь есть и второе. Я готов драться за ваш род не хуже, чем дрался за родину. Может, ваша Русь и не мне станет родной. А вот вы для меня будете всем. Ведь без вас эти добры молодцы…
Базилеус с усмешкой кивнул на Бубна и Папоротникова. Ну а те ответили ему одинаково мрачными взглядами.
— … Быстро меня в цепи закуют. А значит, только вы будете моей защитой. И за это я готов рисковать жизнью. Ну и в-третьих, я многое знаю. И своими знаниями я готов делиться с вами. Причём охотно и по первому требованию.
Мы с Авелиной переглянулись. И, ожидая продолжения, едва заметно друг другу кивнули.
— А чего ещё я хочу… Вы бояре. И пусть ваше земство пока под Тьмой, но лишь там я смогу получить новый дом. Я хочу землю, хочу основать свой род… И этого осмелюсь ждать в награду за верную службу.
— Принимается, — ответил я.