— Смешно, — наконец прокомментировал «Котелок». — Я передам. А в заключение беседы хочу выразить нашуобщую надежду, что ты продолжишь и дальше молчать.

— Вне сомнений… — промямлил я, чувствуя себя все более и более неловко. — Обращайся. Ну, то есть, разумеется… это же мои правила, да… так что…

И наконец-то завалил свою тонкогубую пасть.

Перстни тоже выглядел так, словно разговор подошел к финалу. Но с места при этом не сходил, чуть заметно качаясь на пятках и опираясь на хвост. И мне далеко не сразу удалось упорядочить взбудораженные его визитом мысли, чтобы заметить и понять очевидное.

— Хм… — легко прокашлялся я, покрутив на пальце колечко Аммы.

Невзначай задвинул диванную подушку так, чтобы спрятать рукоять «Молота» от случайного взгляда.

— В общем, мне правда очень приятно, но… Ты ведь тут не только для того, чтобы передать мне благодарности своего господина?

По панцирю непроницаемости Перстней словно шарахнули кувалдой. Брови его сдвинулись, причем смущенно; нос мелко задергался, взгляд метнулся из одного угла в другой. Вот так и сбивают спесь даже с самых опасных мордоворотов, на поверку под всей этой пугающей мишурой оказывающихся простыми чу-ха. Причем смертными, облаченными в хрупкие скорлупки статусов…

Теперь настала очередь прокашляться моему гостю.

Поиграв желваками, Перстни провел ладонями по мохнатым ушам, осмотрелся так, будто хотел что-нибудь сломать (причем с особой жестокостью), а затем чиркнул когтем по «болтушке» и пересыпал мне визитную карточку.

Просмотрев ее лаконичное содержание, я тихонько усмехнулся и отметил, что до настоящего времени и правда не знал настоящего имени «Желтого котелка».

— Так чем я могу быть полезен, уважаемый Галло Ш’Икитари? — спросил я, привычно покручивая одинокое украшение на безымянном пальце.

— Можешь, — угрюмо буркнул Перстни.

При этом таким тоном, будто я не имя его узнал, а постыдную тайну.

— «Котелкам»? — очень осторожно уточнил я, уже догадываясь об ответе. — Или вдруг самому «Диктату»?

— Не совсем, — вздохнул чу-ха, продолжая переминаться на пятках и будто не находя себе места.

Да, к этому моменту я уже совершенно точно знал, что господин Ш’Икитари пожаловал в жилище специалиста по деликатным вопросам Ланса фер Скичиры по исключительно личному вопросу. И сейчас ему было жутко неловко от нашего общего осознания этого факта.

— Выпьешь? — Отлепившись от дивана, я подобрал с пола оставленную Зикро бутылку и небрежно помахал ею.

Галло снова насупился, но было заметно, что первый лед надломлен.

— Вино или эль найдется? — с возвращающейся надменностью пробурчал он, а на предложенную бутыль покосился с откровенным недоверием.