Я не передумаю. Несмотря на мощный эмоциональный сумбур и настоящую пылевую бурю в мыслях.

Что ты задумал, Ланс фер Скичира? Зачем тебе это? Не собрался же ты на самом деле собственноручно убивать главу одной из крупнейших казоку гнезда?

Мне было сложно ответить на эти вопросы даже самому себе.

Если угодно, я просто не умел планировать так далеко… Но ждать, когда мрази, подобные Глушилке и его приятелю, придут за мной повторно? Нет, благодарю. И если даже проиграю, то исключительно на своих условиях, алмазной ящерицей вцепившись в глотку врага. Впрочем, моим обреченным наемникам знать этого, разумеется, не полагалось…

Скрывая эмоции, я отвернулся и продолжил наблюдать за обманчиво-неспешными маневрами разъякоренного ветростата. Тот приблизился, навис, скрывая солнце и вызвав среди наемников легкую панику, и завис чуть южнее комплеблока. Изогнутый под днищем хвост нацелился на нас.

— Это еще что за дрянь⁈ — передвигая ассолтер на грудь, прошипел Прикус, а уже через секунду до него дошло. — Ты чего, Ланс, совсем рехнулся⁈

— Вовсе нет, пунчи, — твердо ответил я и дал многократную отмашку вверх. — Дай-ка мне еще минутку уладить последнюю формальность…

Оставив взбудораженных «Садовников» за спиной, я подступил к краю крыши и взобрался на парапет. Отсюда было заметно, что на пластичном кожухе якорного щупа виднеется масса поручней, ступеней и страховочных петель, позволяющих самым отважным операторам и ремонтникам прямо в полете передвигаться по всей длине «хвоста». И вот сейчас как раз там прилипла, стараясь лишний раз не смотреть на бездну под лапами, фигурка одного такого отважного.

А еще я отметил, что ветростатом управляет действительно умелый дистант-пилот. Несмотря на наведенные Зикро помехи, он ловко остановил машину на нужном расстоянии от края, переключился на управление малыми моторами и подвел щуп точнехонько к парапету у моих ног.

Грузный немолодой чу-ха, оседлавший гибкую конструкцию, спешно перебрал лапами, спустился до самого «жала», я ухватил его протянутую кисть и рывком перетянул на надежную твердь комплеблока.

— Куо-куо, Подверни, — с почтительным кивком поздоровался я, скрещивая пальцы свободной руки.

— Пусть судьба будет доброй к вам, господин фер Скичира, — ответил механик, чей хвост еще оставался боязливо поджат после небесного путешествия.

К своей непрошенной печали я заметил, что за прошедшие пару недель Подверни Штанину постарел на добрую пару лет, а на морде добавилось немало седых пятен. Что сказать, деньки и правда выдались непростыми…

Мне очень хотелось спросить его, как жизнь, семья, и смог ли механик раздобыть тело погибшего сына, да или хотя бы его прах? Но я молчал.