Оба казоку-йодда были одеты в дорогие темные костюмы, под которыми, наверняка, носили защиту; на плечевых ремнях виднелись компактные укороченные ассолтеры.

Ветростат лениво подползал к склону «Моста», как будто прогуливающийся мимо толстячок. Охрана лениво косилась на его полую тушу, тем не менее, не проявляя ни капли подозрительности или тревоги: ловцы ветра регулярно барражировали вокруг «Слюдяного моста», меняли рейды или уходили на ремонт. Заподозрить, что на щупе кто-то засел было практически невозможно.

Мой план казался идеальным, и если бы я сейчас хоть на секунду разуверился в этом, то отдал бы истеричный приказ на отмену операции…

— Зикро, — прошептал я, временно отключив выход на общий канал, —он точно на месте?

— По данным моделирования активности, — задумчиво пробубнил глабер, снова что-то жуя, — а их у меня было не очень-то много, но все же удалось применить некоторое…

— Быстрее, байши!

— Ладно-ладно… в общем, 87% вероятности тебя устроят?

Я промолчал.

Устроят ли? Скоро узнаем, потому что через мгновение Прикус скомандовал:

— Начинаем.

А Миката щелкнул предохранителем и нажал на спусковой крючок. Щелкнул затвор ассолтера, гулявший вдоль перил чу-ха брызнул красным из затылка и кулем упал на живот.

Его напарник видеть этого не мог, но все же числился отнюдь не босяцким дворовым головорезом — приподнялся из шезлонга, сдвинул оружие на живот и уставился на ветростат, по щупу которого сейчас переливалось нечеткое пятно маскировочной пленки.

— Белохвост, тащи на сброс! — решился я, глотая сухой комок.

— Заметано, должничок, — с усмешкой отчитался дистант-пилот, чуть не заставив меня выругаться (яри-яри, вот же сучонок!).

Через мгновение ветростат заложил плавный вираж и поспешно надвинулся на террасу. Второй охранник вскочил и активировал «болтушку», вероятно, связываясь с диспетчерами башни. Ассолтер Микаты щелкнул еще раз, по лбу казоку-йодда влажно шлепнули, и он рухнул обратно в мягкие объятья шезлонга.

«Хвост» ветростата пришел в движение, отлепился от подбрюшья, выдвинулся вперед и завис над террасой; ненужную более пленку безжалостно сорвали с наших голов и отшвырнули в бездну.

— Сброс! — скомандовал Прикус.

«Садовники» расстались с энергетическим щупом, как рассыпавшиеся горошины, легко, умело, совсем не мешая друг другу и, казалось, даже в полете не переставая держать двери под прицелами.

Сиганул за ними и я, причем торопливо, пока не отхлынула волна безрассудства и обжигающего адреналина… разумеется, приземлившись отнюдь не так ловко, как любой из наемников (и даже огроменный Панго). Чуть не подвернул лодыжку, упал на колено, вскочил, беззвучно выругался, бросился за пальмовую кадку и пригнулся.