— Он какой-то странный… — тихо сказал мне Артемий, кивая в его сторону, когда тот пошел оплачивать свой счет.

— Лучший из лучших, говорят, так что не суди по книге по обложке. — коротко ответил я.

Мы вернулись на склад около половины второго, и на территории нас уже ждала машина. Не просто грузовик. Это был тяжелый, бронированный фургон с матово-черным покрытием и тонированными стеклами. Возле него, прислонившись к капоту и куря папиросу, стоял водитель — мужчина в простой темной униформе.

— Дружище, что ж так рано? — спросил я, подходя. — Договор был на два часа дня.

— Это вы поздно, а не я рано — парировал водитель, не меняя позы. Голос его был безэмоциональным. — Грузитесь давайте. Время идет, хозяин ждет, а он это безумно ненавидит делать…

Я дал команду кладовщикам со склада. Они и Бонд организовали слаженную цепочку. Ящики, теперь безопасные, но все еще смертельно красивые, понесли к открытой двери фургона. Работали быстро, молча. Через двадцать минут все тридцать ящиков были надежно закреплены внутри. Горжусь своими людьми, что-что, а работать мы умеем, как надо.

— Поехали, — сказал водитель, бросая окурок и забираясь в кабину своего грузовика.

Мы вчетвером погрузились в салон фургона позади кабины — тесное, лишенное окон помещение с жесткими сиденьями по бортам. Дверь захлопнулась с глухим герметичным звуком. Фургон мягко тронулся с места.

Первые минуты ехали по знакомому маршруту — в сторону города, к выезду на старое шоссе, ведущее к аэродрому. Я переглянулся с Бондом. Он сидел напротив, абсолютно расслабленный. Это же надо, какая школа. Если присмотреться, по всем нам было заметно, что нервничаем, а ему хоть бы что.

И вот в какой-то момент фургон свернул. Не на шоссе, нет. Он повернул налево, на узкую дорогу, ведущую в промышленную зону, в противоположную от аэродрома сторону.

Я не понимал, что происходит, мы переглянулись с пацанами.

— Эй, водила! — первым крикнул Артемий, не выдержав. — Куда прешь? Нам на выезд из города надо, а не в эту дыру!

— Планы поменялись, — донесся из динамика спокойный голос водителя. — Едем в другое место для погрузки товара…

В салоне повисла гробовая тишина. Сашка вытаращил глаза. Артем сжал кулаки. Бонд перестал стучать пальцами. Он медленно поднял голову и встретился со мной взглядами. В его глазах не было ни страха, ни паники. Бонд просто улыбался.

Маршрут изменился, но какого хера⁈ Волков переиграл нас на первом же ходу этой шахматной партии, и теперь мы, запертые в бронированной коробке, мчимся в неизвестность, а снайперы и маги Факела ждут нас на безлюдном аэродроме, глядя в свои пустые прицелы…