— Мёртвым всё равно, что о них говорят живые, — спокойно произнёс я, глядя в единственный глаз Уварова. — Они не льют ни слёз радости, ни слёз боли.

— Парень, это ты к чему сейчас? — напрягся шеф.

— К тому, что все, кто зайдут в область «тумана», станут беззащитными перед тем демоном, что засел в штабе. Шагнув туда, выбраться уже не получится. Вы утратите чувство реальности, оказавшись в своём самом страшном потаённом кошмаре. Всё, что может там обычный человек — это биться в отчаянии, покуда не впадёт в безумие или не совершит самоубийство, дабы прекратить всё это.

— Артур, что за мистический бред он несёт…

— Алексеич, советую его послушать. Костик в этих вещах разбирается лучше, чем мы все вместе взятые. Поверь, шеф, я знаю о чём говорю, — серьёзно сказал Панарин, а затем многозначительно посмотрел на меня. — Костя, ты знаешь, что делать? Мне плевать на экзорцистов и на деньги Воротынского тоже, но там могут быть ещё охотники.

— Кость, ты же умный, — Боров похлопал меня по плечу, — и соображалка у тебя светлая. Придумай что-нибудь. Неужели ничего нельзя сделать?

— Можно, но… — я указал взглядом на Воротынского, обращаясь уже ко всем, — видите, кто здесь? Вопросы могут неприятные начаться. Помните, какой интерес у князя ко мне? Даже лично со мной встретился. Сказка про бабушку из тамбовской глубинки не сработает, как и любые другие аргументы. Знаю я нравы благородных, если им в голову что-то втемяшилось, то хоть бес рогом в ребро двинет, но не переубедишь.

— А мне никто не хочет рассказать, что здесь происходит? — сощурил глаз Уваров, оглядывая нашу группу. — Мне тоже интересно послушать — что за возня мышиная у вас с Воротынским?

— Костя, можешь спокойно говорить, — Артур одобряюще кивнул. — Алексеичу я доверяю даже больше, чем самому себе.

— Что ж… Степан Алексеевич, если без подробностей, то князь прознал о моих нестандартных способностях, а осму я от него не получал. Догадываетесь, к чему веду?

— Пока не очень… — осторожно произнёс тот.

— Он подозревает меня в том, что я располагаю сведениями, где находится ничейный источник осмы.

— Нестандартные способности? — переспросил Уваров, вычленив главное. — Маг, значит… Интересно-интересно.

— Можно и так сказать, но мои способности не связаны с осмой.

— Кажется, кое-что проясняется, — глава штаба вновь закурил, что-то обдумывая. — Опасаешься, что он тебя в асфальт зазря закатает… Это многое объясняет. Теперь понятно, почему его прихвостень Пётр Колесников был у меня. Ваши отчёты по охоте его сильно заинтересовали, уж очень у вас результативность выездов выросла, дуралеи. Ерёмин, я понял, что тебе известно о чертовщине, что тут творится, и ты знаешь, что делать… Это так?