— Колесников, я не…

— Сделай! — в голосе помощника Воротынского лязгнул металл. — Это приказ.

— Ладно-ладно… Не нервничай, Колесников, — пошла на попятную магичка, обжигая меня взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Грациозной походкой она подошла к границе грязно-серого марева, до половины сунула туда руку и, подержав пару секунд, продемонстрировала ладонь.

— Ну, и? Пётр, меньше слушай всяких…

— Подольше подержи, — не дал я закончить оскорбление, прикинув в уме: — Думаю, что пары дюжин секунд будет достаточно.

В её глазах полыхнула злость, но ощущая на себе требовательные взгляды Петра и Воротынского, что заинтересовался происходящим, магичка благоразумно промолчала и, спрятав недовольство, вновь погрузила руку по локоть за границу предела.

Уже через десяток секунд надменность на лице милашки сменилась беспокойством и она заозиралась по сторонам, поглядывая на коллег по «цеху».

— Кто это шепчет? — нервно поинтересовалась она, а в следующую секунду завизжала и, спешно прикрыв лицо ладонями, отшатнулась от края марева.

— Нет! Нет!!! Моё красивое лицо! Аааааа… Мерзкая тварь, прекрати! Только не лицо! Неееет! Не надо! Пожалуйста!

Маги бросились к пострадавшей, чтобы привести её в чувство, но та взвизгнула ещё громче, попутно пытаясь отбиться от помощников.

— Вот такие дела, — я подошёл к границе предела, демонстративно засунул туда руку и пронаблюдал как товарищи наконец утихомирили Юлию. Она плюхнулась прямо на землю и, подвывая, принялась изучать свою мокрую от слёз физиономию в карманное зеркальце.

— Никто из вас там не протянет и минуты. Все гнетущие вашу душу страхи выплывут наружу. Юлия, например, смертельно боится того, что какая-нибудь инфернальная тварь обезобразит её лицо, кстати, довольно симпатичное. — Запустив свободную руку в один из подсумков на поясе, я протянул одному из ближайших магов шарик пыльцы величиной с вишню: — Дай ей вот это, пусть успокоится.

Кивнув, маг забрал подношение и направился к зарёванной девушке, а мой взгляд упал на князя, который в ответ задумчиво смотрел на меня.

— Михаил Иванович, как видите, посылать туда людей бессмысленно.

— Князь, — наклонился Пётр к Воротынскому, но грузный мужчина жестом дал понять, чтобы тот замолчал.

— Я тоже вижу, что он держит там руку, не слепой, — дёрнул щекой князь, продолжая смотреть на меня. — И достаточно долго. Почему на тебя не действует?

— Действует, Михаил Иванович, просто не так быстро. Я могу сопротивляться этой демонической магии.

— В силу того, что сам маг? — зашёл в лоб князь, наблюдая за моей реакцией. — Видимо, я был прав. И где же ты осму взял?