Они сразу взяли с меня самое что ни на есть честное слово, что я за ними подглядывать не буду, в ответ пообещав тоже молчать о моих возможностях. Хотя, зная этих двух оторв, немножечко подглядеть все же, наверно, допускалось. Но так, совсем чуть-чуть.

Честно говоря, умение «видеть» меня самого пугало до дрожи в коленках. Сейчас мы уже легко долетали до леса и даже залетали немного дальше, а это километр с лишним. К сильным иксам тоже не приближались от греха подальше и, в общем, ни за кем специально не следили. Хотя не раз возникали мысли посетить женскую баню, но что-то останавливало. Вот только организм не понимал моих душевных метаний и все сильнее требовал зрелищ.

Память настойчиво продолжала возвращать меня к тем событиям на поляне почти недельной давности.

Первая стая собак появилась на горизонте почти сразу. Но они не стали к нам приближаться, тем более что мгновенно понесли потери — Олег свое дело знал туго. Время текло, и вскоре вокруг нас замелькали десятки рычащих морд. Но не только собаки подтягивались на пирушку. Среди деревьев тоже замелькали разнообразные тени, и ружейная канонада уже не смолкала.

Сознание волнами накрывал липкий страх, и с этим я поделать ничего не мог. Колени предательски подрагивали, а вспотевшую спину пробивала мелкая дрожь. Но я был не один, а с опытными охотниками и моим Жориком.

Вот на него и была вся надежда.

Привычно подселившись, мы полетели к ближайшей стае. Я уже проделывал нечто подобное, тренируясь на мелких существах, когда залетал разумом в лес, но тут был явно другой случай. Убивать кого-либо без надобности мой парень наотрез отказывался, а вот парализовать у него уже неплохо получалось. Вот и сейчас: зависнув над сопливой мордой дикой собаки, он метнул в нее заряд Эфира.

Сжатый шарик чистой энергии растекся по загривку твари, и она замерла — пускай даже на миг, буквально на секунду, но это была победа, большая победа.

Напряжение нарастало.

Собаки, записывая круги, приближались всё ближе. На опушке они уже рвали с остервенелым воем и рычанием какую-то тварь, и даже не одну. Хищников на «банкет» прибывало всё больше. В этот момент два охотника, очень напоминавшие сложением былинных богатырей, всадили свои топоры в крайнюю тушу «Матери».

Тогда мне подумалось: странно, сейчас же все сорвутся на кровь, старшина же сказал этого не делать.

Но на стороне наших промысловиков был опыт. Буквально спустя десяток секунд охотники уже растаскивали окровавленные части тела животного по разным углам, словно окружая остальные туши, и очень скоро я понял их грамотный маневр.