Почти все наёмники были уничтожены. Всего троих взяли в плен ранеными.

Показали, как командир спецназа лично ходил и снимал шлемы с уничтоженных наёмников — медленно, методично, проверяя каждое лицо. Видеозапись явно была сделана его нательной камерой и каким‑то образом утекла в сеть. Я смотрел на этот ролик молча: ведь я даже знал, кого именно он искал среди наемников.

— Интересно, — пробормотал я, отключая планшет. — Значит, обошлись без меня.

Впрочем, это меня совершенно не расстроило. Наоборот, на душе даже потеплело: приятно, когда операция заканчивается именно так. Пускай Пилигрим сидит в колонии и думает о своих поступках. А заодно и о том, как она меня подставила.

Достав из запасов последний сухой паёк, я устроился завтракать у окна. Припасы заканчивались — это факт, с этим нужно было что‑то делать. Либо ехать в город за едой, рискуя быть узнанным (после всех последних событий это был риск не гипотетический, а вполне реальный), либо искать другой источник пропитания, либо уходить с этой базы совсем. Ни один из вариантов мне особенно не нравился.

Размышления прервал звук приближающейся техники — характерный высокочастотный гул электромоторов, какой дают хорошо обслуженные багги. Я быстро схватил бинокль и выглянул в окно, отодвинув край плотной ткани, которой было завешено стекло.

К базе направлялись две машины. Одна — знакомая, принадлежавшая Ори: характерная вмятина на левом крыле и нестандартная антенна над кабиной. Вторая — незнакомая, более новая, с усиленными дугами безопасности.

— Опять они, — вздохнул я, отложил недоеденный паёк и потянулся за винтовкой.

Очень интересно как они меня нашли? И почти сразу понял. Пока я общался с Ори наверху лейтенант якобы оставил нас наедине и спустился вниз. А там внизу стояла и моя багги. Я конечно припрятал её немного. Но видимо он её нашел и установил на ней маяк. Времени у него для этого было достаточно.

Машины остановились у ворот. Из первой вышел Ори, из второй — трое: лейтенант Обри и ещё двое в форме СБ флота. Обри я знал. Двое его спутников мне были незнакомы: молодой майор с планшетом и второй, постарше, с нехорошим спокойным взглядом человека, привыкшего принимать неприятные решения. Все четверо были вооружены, но оружие держали в кобурах, руки демонстративно видны. Этот жест я прочитал правильно: «Мы пришли говорить, а не стрелять».

— Клим! — позвал меня Ори. — Нам нужно поговорить!

— О чём? — спросил в ответ. — Операция ваша провалилась!

Пауза. Потом ответил лейтенант — чуть громче, чем нужно, словно хотел, чтобы я точно услышал: