— Так, — сказал Рикс, дождавшись, когда мы подъедем. — Всё как планировали. Вы занимаете позицию вон на той трубе. Оттуда весь комплекс как на ладони.

— А где именно должна произойти встреча? — спросил у него.

— Центральная площадка между корпусами, — он указал на открытое пространство.

Я посмотрел туда, потом на трубу. Потом обратно на площадку.

— Тогда нет. Туда я не полезу.

— Почему? — Рикс слегка прищурился.

— Во-первых, я всегда сам выбираю позицию. Во-вторых, труба — это открытая мишень. Нас засекут раньше, чем мы успеем настроить аппаратуру. Мы займём позицию вон на том чердаке в той полуразрушенной трёхэтажке.

Про себя я ещё подумал: Ори с его громоздкой аппаратурой будет долго карабкаться наверх по открытой наружной лестнице, а потом также долго слезать. Это значит — две отличные мишени на фоне неба.

— Да там, может, чердака нет, сгнило всё.

— Не переживай. Мы лёгкие — доберёмся.

— Когда ожидаются гости? — поинтересовался Ори, уже прикидывая маршрут.

— Через полчаса должны подъехать первые. Время у нас есть.

Мы быстро выгрузились и направились к зданию. Внутри пахло сыростью и прелым деревом. Лестница оказалась частично разрушенной, как и предупреждал майор: несколько ступеней провалились, перила отсутствовали на целом пролёте, доски жалобно скрипели под ногами. Но пройти оказалось можно.

— Отличный обзор, — одобрил я, добравшись до чердака и заняв позицию у слухового окна.

Сквозь пыльное стекло — точнее, сквозь то, что от него осталось, — открывался вид на центральную площадку. Не идеально, но достаточно. Ори устроился рядом и начал настраивать микрофон дальнего действия: разложил штатив, закрепил направленную антенну, надел маленький наушник.

— Проверяю дальность, — сообщил он, направляя устройство на площадку. — Есть сигнал. Отлично, всё работает.

По рации голос майора Рикса прозвучал коротко:

— Все позиции заняты. Ждём гостей.

— Мы тоже на позиции, — ответил ему. — К встрече готовы.

Первыми, как и ожидалось, появились падальщики. Две багги въехали на территорию фабрики медленно, без огней. Остановились у эстакады. Из машин вышло пятеро в пустынной экипировке, лица скрыты под очками и козырьками шлемов.

— Узнаёшь кого-нибудь? — спросил Ори, настраивая бинокль.

— Пока нет, — ответил я вглядываясь. — Это точно не братья Сапфиро. Слишком маленькие по габаритам.

— А записывать уже начинать?

— Начинай. Мало ли что услышим.

Через микрофон до нас доносились обрывки переговоров — негромкие, отрывистые, с паузами:

«…не нравится мне это место…»

«…слишком много укрытий вокруг…»

«…если что, сразу к багги…»