Во двор мы вышли втроём — Финир проводил нас до техплощадки, и только там, убедившись, что мы покидаем территорию, а не продолжаем выяснять отношения, счёл свою миссию выполненной и вернулся внутрь.

Нас дожидался гравицикл.

Машина стояла у невысокого бетонного пандуса. Приземистая, обтекаемая, выкрашенная в матовый тёмно-серый цвет. Двухместная, с открытым верхом. Рейна взлетела в седло без малейших колебаний. Движением разумного, который делал это тысячу раз. Мне же пришлось сообразить, куда можно пристроить чехол с винтовкой, не рискуя потерять его при манёврах.

Я ещё возился с крепёжным зажимом, когда мы уже взлетели.

— Если вздумаешь меня лапать или хвататься за меня — пожалеешь, — сразу пояснила она.

В ответ я посмотрел на её спину. Потом — вниз, на удаляющуюся землю. Потом снова на неё.

Вот оно, — понял я с каким-то мрачным удовлетворением. Вот он мой момент мести!

— Не волнуйся, — сказал я громко, перекрывая шум турбин. — Я совсем не собирался хвататься за твой жир или твой целлюлит.

Гравицикл мотнуло так, что я едва удержался одной рукой за поручень — пальцы побелели. Чехол с винтовкой рванулся в сторону, я успел поймать его за ремень. Затем машину мотнуло в обратную сторону — с такой силой, что я почти повис в воздухе, держась на одних руках.

К третьему рывку я уже был готов: вцепился в поручень обеими руками, чехол намертво прижал к себе, вдавил подошвы в опоры до хруста в суставах.

Больше она ничего не говорила.

Я тоже, но понял, ничего не кончено.

Мы летели в сторону центра города. Была ночь. Но на горизонте уже проступала узкая полоса. Местное светило не прозрачно намекало, что скоро явится из-за края планеты. Смотрел на горизонт, держался за поручень и думал о том, что это задание мне нравится всё меньше.

Мы совершили посадку в одном из дворов, и я, наконец, смог разжать затёкшие пальцы.

Место было нехорошее. Старый жилой дом, сейчас непонятно жилой или нет, света не было ни в одном из окон, с двором. Густо заросшей высокой травой и несколькими деревьями, и вокруг всей территории одни высокие заборы.

Единственное, что я понял, что мы где-то в центре города.

Рейна тем временем спрыгнула с гравицикла и, не сказав мне ни слова, отправилась куда-то между домов — уверенно, без колебаний, будто ходила этим маршрутом уже не раз.

— Стой здесь и жди, — бросила она через плечо не оглядываясь. — Если будут проблемы, вызывай по рации.

И скрылась в темноте.

Я остался один.

— Здесь одна проблема, — сказал, не активируя рацию и помолчав, добавил, — но она ушла…

Спрыгнул с гравицикла, положив ладонь на рукоять бластера, замер и слушал. Место было совершенно мне не знакомое.