— Вы меня извините, но тот предок настолько дальняя родня, что мы с ним не общаемся! — фыркнул Генка. — Кто ж знает?
— А Валашское княжество это где? — спросила, внимательно рассматривающая карту Дина.
— Да где-то тут раньше было, — показал на настенной карте Гена небольшой кусок Румынии.
— Так ты румын? — сквозь зубы спросила сестра и накинулась на ничего не подозревающего мальчишку.
Тот сдачи не давал, только уворачивался и отмахивался.
— Я не румын! Я валашец, если уж на то пошло! Дурища необразованная, — громко ответил мальчишка, когда драку всё-таки смогли разнять.
В наказание за драку сестре назначили доклад о Цепеше и Валашском княжестве. И помогать ей вызвался Гена. Даже какой то старый портрет принёс на пожелтевшей бумаге.
В конце июля сорок второго под Новгородом погиб и второй лейтенант Перунов. Борис.
Наш сосед, как и многие уже его сверстники, вдруг стал главой семьи, где осталась мать и младшая сестра. И, наверное, и нас взял под опеку. Потому что дорога к нашему дому зимой была всегда вычищена. Дрова перетащены во двор и уложены в дровяной сарай. Да и закончив с рубкой дров у себя, мальчишка уверенно шёл к нам.
— Эй, соседки, — мог крикнуть он в окно. — Вёдра давайте, воды натащу.
— Вот кому-то муж растёт, — подслеповато щурилась бабушка. — Диночка, не тебе ли?
— Чтобы я и за этого рыжего? — фыркала младшая. — И вообще, он ростом с оглоблю, мне чтобы ему что-то сказать, подпрыгивать придётся!
А потом чёрная весть пришла и к нам. Ещё первого марта мы отмечали день рождения сестры, так как она родилась двадцать девятого февраля, записали её на первое марта. И мама улыбаясь протягивала ей заранее присланную отцом и спрятанную мамой страничку письма лично для неё. Мы все такие получали от папы. А в конце марта пришла похоронка. Папа погиб девятого марта сорок третьего года под Харьковом. Это был последний год, когда Дина отмечала свой день рождения.
А уже в апреле я пришла в комиссариат.
— Можешь даже и не начинать! — военком жил с нами через забор и о похоронке конечно знал. — Или тоже будешь с колодой на плечах мне нервы наматывать? Школу иди заканчивай!
— Я совершеннолетняя. Основы медицинских знаний есть. Перевязка, швы, обработка. Составление лекарств. Немецкий свободно. Стрельба из Мосина и броски гранат… — перечисляла я.
— Нет! — хлобыстнул ладонью по столу военком.
— Зачем же спешить? — спросил заметно хромающий мужчина с приметной окантовкой василькового цвета по обшлагам.
Глава 3
Когда мои одноклассники на строгой торжественной линейке получали свои школьные аттестаты, я проходила курсы подготовки на базе НКВД. Уже потом? много лет спустя, я читала о громких расследованиях и чьих-то там воспоминаниях об обучении в тайных закрытых школах НКВД. Посмеялась. Эта тема стала очень популярной на западе. Вплоть до того, что даже в их историях в картинках и то, нашли место для этого бреда.