И его негромкий голос звучал страшнее похоронного набата. Не приговором даже, а свистом лезвия палача. Сила и неизбежность слышались в этом голосе. И видно услышала это не только я. Захват сменился объятиями, леди спрятала лицо на груди мужа, и позволила себе стать слабой и волнующейся за сына женщиной.
И было в этом столько личного, столько принадлежащего только двоим, что я почувствовала себя так, словно подглядываю за чем-то слишком сокровенным. Я осторожно и стараясь идти бесшумно, покинула комнату, а следом и особняк. И была уверена, что лорд и леди простят, что я ушла не прощаясь.
Глава 35
Утро вторника я встретила за просмотром записей Анни, переданных ей в своё время в распоряжение продажного йерла. В принципе, воспоминаний и собственного понимания баланса «прибыло-убыло-остаток» мне хватало, чтобы показать когда именно исчезали большие партии опиума. И соотнести эти даты с выписанными днями отсутствия сорра Фрега.
Первым посетителем, причём задолго до открытия аптеки стал посыльный с вышитым императорским гербом на груди строгого кителя. Извинившись за беспокойство в столь ранний час, он передал мне объëмный конверт. Видно это и был обещанный заказ от придворных медикусов.
Также мне вручили пропуск на меня и экипаж для доставки смесей и составов. Пообещав заняться этим в кратчайшие сроки, я проводила посыльного и отложила конверт в сторону. Всегда считала, что нужно закончить одно, потом браться за другое. А не хвататься за всё и сразу. Иначе превратишься в мельтешащую муху. Но едва я вновь погрузилась в записи, как пришла Пенси.
— Ты сегодня рано, — заметила я после обмена приветствиями.
— Да, поторопилась. А вы что? Новостей не знаете? — спросила она.
— Новостей? — насторожилась я.
— Да. Но я так и подумала, поэтому попросила отца остановиться у лотка с газетами. Из сегодня расхватывают пачками. Вот и для вас я взяла, пока чай пьёте почитаете, — протянула она мне газету.
— Спасибо, Пенси. — Поблагодарила я и вернулась в кабинет, где и сидела с бумагами.
Недолго подумав, я решила, что десять утра отличное время, чтобы выпить чая с ромашкой и мелиссой. Кстати, этот состав нужно было обновить. Что-то очень быстро он у меня уходил.
После первой чашечки чая, которую я выпила глядя в окно и наглаживая Лихо, я отважилась развернуть газету. И сразу себя похвалила за то, что успокаиваться я начала ещё до того, как прочла. Моё имя в газете упоминалось слишком много раз. Я вообще на мой взгляд становилась слишком популярна. А это ещё никого до добра не доводило.
Сначала это был огромный разворот прямо в середине страницы. И снова вездесущий Дю Морт радовал общественность слишком детальным описанием ситуации в семье герцогов Норимаров. Тем более, что этот сплетник не постеснялся поднять всю муть со дна светских сплетен. Начиная с того момента как Шелдон Норимар сразу после свадьбы уехал завоёвывать для империи новые земли.