— А ещё задолженность за аренду помещения каретного сарая и его жилой части. — Напомнила я, в большей степени, конечно кузену Карлу.
Пока мы беседовали, двое мужчин в одинаковых серых костюмах закатили что-то вроде высокого журнального столика. На нем была закреплена странного вида конструкция.
— Руку сюда, пожалуйста, фрау, — голосом лишённым какого-либо выражения произнёс один из мужчин.
— Да, конечно. — Я послушно положила руку на специальную подставку.
И даже не вздрогнула, когда на моëм запястье защëлкнулся широкий металлический браслет.
— Ваше имя, фрау? — спросил второй из зашедших.
— Анна, — улыбнулась я.
Магический полиграф позабавил. Но ещё больше позабавило выражение лица кузена Карла, когда ничего не произошло, и тот мужчина, который показывал мне, куда положить руку, повернулся к комиссии и отрицательно покачал головой.
— Анна, вы озар? — тем не менее, второй продолжал задавать вопросы.
— Нет, — отвечала я.
— В семье Саргенс были проявленные озары, вам это известно? — спросили меня.
— Да, известно, — благожелательно улыбалась я.
— Были ли у вас какие-либо проявления озарения, или что-то, что могло бы быть истолковано, как проявление? — при этом вопросе у кузена сжались кулаки.
— Нет, никогда не было. — Ответила я.
— Она лжёт! Лжёт, дрянь! Я сейчас расскажу, как было! — вскочил Карл.
— Вы можете рассказывать всё, что считаете нужным, — ответил ему один из экзаменаторов. — Но мы будем верить только тому, что показывает определитель дара. А он демонстрирует отсутствие дара в крови фрау и лжи в её словах! Сядьте! И не усугубляйте своё и без того, плачевное положение!
— Да она хитрая стерва! Она же фармик! Она что-то сделала, чтобы дар не нашли! — почти завизжал кузен.
— Довольно! — ударил по столу один из экзаменаторов. — Вы совершенно потеряли границы! Не забывайтесь, вы сорр. А оскорбляете фрау! Фрау, только что подтвердившую своё положение. А вы и так уже оклеветали фрау, причём из очевидных корыстных побуждений. А теперь позволяете прилюдные оскорбления?
— Последний вопрос, фрау. Вы скрываете свой дар? — обратился ко мне мужчина в сером костюме.
— Нет. Ни я, Анна, ни мой отец никогда и ничего не делали, чтобы скрыть мой магический дар. — Громко и уверенно произнесла я.
Щелчок растегнувшегося металлического обруча определителя лучше любых слов подтвердил, что я говорю правду. И действительно, ни я, Сдобнова Анна Тимофеевна, ни мой отец, никогда и ничего не предпринимали, чтобы скрывать мой магический дар. И дара у меня тоже никогда не было. Откуда бы ему взяться в моём родном СССР?