Радим кивнул и, взяв Ольгу за руку, пошел к выходу.

— Ох, — только и сказала Бушуева, увидев кучу трупов высотой в три ее роста, к которой волокли новые и новые тела. — Сколько же тут народу полегло?

— Пока восемьдесят насчитали, — бросил мрачный мужик, стоящий у дверей. — И это только чужаки, наших отдельно сложили, замучаемся могилы копать. А ты кто такая? Его знаю, ходок это, видел, когда он Зануду забирал, а вот тебя первый раз вижу.

— Она со мной, — немного резче, чем нужно, ответил Вяземский. — Обзорная экскурсия.

— Ну-ну, — хмыкнул мужик, — любуйтесь.

— Пошли, — беря Ольгу за руку, произнес Радим, — нечего на этот курган смотреть. Покажу, что из себя представляет зеркальный мир.

— Да вроде и так вижу. Это зеркальные фантомы, про которые ты говорил? — указывая на полупрозрачные фигуры и машины, поинтересовалась Бушуева.

— Они самые, — проходя через призрачную женщину с коляской, ответил Радим.

— Как они тут живут? — мотнула головой в сторону потеряшек, которые катили на тачке очередную пару трупов.

— Привыкают. Это тебе в глаза бросается, а я даже не обращаю внимания. Единственный недостаток — маячат на краю периферийного зрения, отвлекает, и звуковое эхо раздражает. Кажется, что кто-то за спину заходит, вот и приходится башкой вертеть, проверять, фантом это или злобная редиска.

— Унылое место, — примерно через полчаса подвела итог Ольга. — Фантомы эти, звуки живого мира и отсутствие красок, черное и белое.

— Это да, — подтвердил Вяземский, — только живое краски имеет, например волосы, еще золото и камни драгоценные, типа изумрудов и рубинов, а вся одежда тут же черно-белая становится. И черные деревья с травой раздражают.

— Смотри, — вдруг вскинув руку и указывая в небо, выкрикнула Ольга.

Радим быстро посмотрел в указанном направлении, он сразу понял, что так заинтересовало девушку, подобное он и сам видел впервые, но прекрасно знал, что это такое. Пробив серую непроглядную муть, прямо у них над головой падала самая настоящая звезда. Яркая точка, оставляющая огненный росчерк, превращающийся в инверсионный след, пронеслась над домами и рухнула где-то среди высоток. Никакой взрывной волны, яркой вспышки, разрушений и пожаров, просто где-то упал кусок миродита.

— Здорово, — восхитилась Ольга. — Пошли, метеорит искать? Это же здорово, найти камень из другого мира, ни у кого такого нет, метеориты и так редкость, а тут такое.

— Это не метеорит, это миродит, — пояснил Вяземский, — зеленоватый артефактный металл, как тот, из которого сделан меч, рукоять которого торчит из моей сумки, очень дорогой — сто грамм стоит примерно триста тысяч. Во всяком случае, в московском отделе есть кузнец по прозвищу Гефест, который кует оружие с его добавлением, мой кукри как раз он делал. Не знаю, есть ли у него применение в других отраслях, но его в наш мир попадает не слишком много, это большая ценность.