— Этот меч стоит несколько миллионов?

Радим вытащил из сумки трофей и развернул тряпку, в которую замотал его, посмотрел на цвет, на руны, выполнены хорошо. Вообще, оружие ему нравилось, хотя его не учили с подобным работать. Это все же меч, а не нож, совершенно иной стиль боя и фехтования. Он вытащил из кобуры кукри и показал оба оружия рядом.

— В моем тесаке примерно граммов сто-двести, при весе железа восемьсот пятьдесят. Задача артефактного металла — укрепить обычную сталь, чтобы он смог выдержать нанесение рун. На нож, как у тебя, нанесено всего три. Две на клинке — на пробитие, и одна на рукояти — на поиск гостей. У меня же куда как больше. А этот клинок, — он качнул мечом, — чуть ли не пятьдесят на пятьдесят сделан. Весит он полтора кило, может, чуть больше,ну а дальше сама прикинь, какова его цена.

— Если в нем восемьсот граммов миродита, — быстро сосчитав в уме, выдала Ольга, — то этот кусок железа стоит как мой кореец, на котором я езжу.

— Примерно так, — согласился Вяземский.

— Пойдем искать упавший слиток, — с азартом предложила Ольга.

Радим покачал головой.

— Не пойдем, бесполезно. Во-первых, нужен специальный артефакт, типа миноискателя, у меня такого нет, хотя планирую обзавестись. А во-вторых, это опасно, двойников мы проредили, людям Ивана с их потерями тоже не артефактного металла, но еще есть местные, и просто те, кто слоняются по зеркальному миру и живут с добычи миродита. Так что, нет. Да и возвращаться пора.

Ольга кивнула.

— Ты прав, да и устала я.

Радим взял ее за руку, и тут ощутил на себе чужой взгляд, тяжелый взгляд, полный злобы, и этот взгляд не сулил ему ничего хорошего, и пора было сваливать. Развернувшись, он увидел, что путь отрезан, прямо посреди дороги стоял человек, судя по фигуре, женщина в добротной одежде, высокие сапоги, длиннополая куртка, лицо скрыто глубоким капюшоном. Это ее Радим видел на крыше, наблюдающей за штурмом и его провалом, но тогда было далековато, разглядеть хорошо не смог, а вот сейчас их разделяло шагов двадцать.

— Зеркальная ведьма Виара приветствует зеркальщика Радима, по прозвищу Дикий, — раздался из-под капюшона хриплый женский голос. — Сейчас я пришла говорить. Согласно традиции я здесь, чтобы ты узнал, что тебя ждет.

— Говори, я слушаю, — ответил в той же манере Вяземский и почувствовал, как стиснула его руку Ольга, ей было страшно.

— Ты умрешь, — выдала сакраментальную банальность незнакомка в капюшоне, — но по нашим правилам ты должен быть извещен о том, что я начала на тебя охоту.

— И чем я заслужил подобную честь? — поинтересовался Радим, следуя золотому правилу, узнавать, как можно больше.