— Это со мной, — небрежно отмахнулся Карамович от вскинувшегося было охранника, — под мою ответственность.

«Ишь ты! — мысленно удивился Артем. — Раньше позволить себе проделывать подобные фокусы Мишка не мог, не иначе за месяцы моего отсутствия друган пошел на повышение.»

Подтверждая его догадку, Мишка по-хозяйски распахнул дверь с табличкой «Директор по информационному обеспечению Карамович М. Ф.», и широким жестом пригласил в шикарно обставленный кабинет, совершенно не похожий на бывшее рабочее место, в виде стола, сплошь заставленного битыми мониторами и полуразобранными компами.

— Ишь ты, — Артем уважительно покачал головой, усаживаясь в удобное кожаное кресло посетителя перед шикарным ультрасовременным столом из прозрачного пластика, возвышающееся за которым хозяйское кресло, из-за высоченной прямой спинки, и вовсе походило на царский трон.

— Вот как-то так, — расплылся в широкой лыбе Мишка, довольный произведенным эффектом. — Мы тожев провинции не только щи хлебать могем.

— И дано сюда перебрался?

— Да уж месяца два как, — он прошел за стол и шумно плюхнулся на шикарное кресло.

— Поздравляю.

— Ты мне зубы-то не заговаривай, поздравляет он, — хмыкнул Мишка. — Колись, беглец, турнули с хлебного местечка в Москве-то? И, вернувшись в Нижний, решил обратно к нам в банк устроиться?

— Да с чего ты взял-то!

— Ладно, передо мной-то не кобенься. Я ж тебя, Тимон, как облупленного знаю. Стал бы ты мне с утра пораньше названивать и о срочной встречи просить, если б одно месте не припекло… Я, разумеется, за тебя похлопочу. Спец ты отличный, и у начальства был на хорошем счету. Но летом, сам понимаешь, шефу дела нет до набора сотрудников, сейчас все мысли у него только о тестировании новой яхты в Красном море… Короче, придется тебе обождать до сентября — а там уж стопудово что-нибудь подходящее для тебя нарою, зуб даю!

— Ну ты закончил, балабол? Можно и мне уже хоть словечко вставить?

— Вот, блин, Тимон, ты, конечно, зараза. Я тут пекусь, понимаешь, о нем, в трудоустройстве обязуюсь посодействовать, а вместоспасибо он же меня еще и балаболом обзывает.

— Да потому что с работой у меня все норм, и ни о чем таком просить тебя я не собирался.

— А нахрена ж тогда так рано стрелу забил? Если побухать в клубешник решил позвать — так я, разумеется, не против. Но только вечером. А сейчас, друган, извини, работы до черта…

— Твою ж мать, Карамович, дашь ты мне хоть слово-то вставить!

— Вот че опять не так-то?

— Да все не так… Я не бухать к тебе пришел, и не на работу устраиваться, а за другого рода помощью.