А с другой — то, что она делала, вызвало жёсткое желание распрощаться с работодателем насовсем. Либо, по крайней мере, попроситься о переводе в другой отдел.

У меня внутри что-то щёлкнуло. Я бы не сказал, что когда-либо был склонен к неповиновению решениям руководства, но, возможно, лишь потому, что мне обычно с ним более-менее везло.

Я освежил в памяти Алгоритмы поиска и переноса на расстоянии. В последний раз я его использовал, когда искал шаверму на рынке. Прошёлся по поместью Улши Гебуца и удалил там все замки на засовах. Сам я уже мчался туда по полупустой утренней улице, игнорируя свистки постовых и едва не сталкиваясь с трамваями и гужевыми ламонами.

За квартал до поместья я увидел суету — одни гмонни мчались к воротам, другие — от ворот. А наружу один за другим выбегали мурланги — пегие и белоснежные, полосатые, трёхцветные. Кучеры упорно пытались загнать их назад, но истосковавшиеся по свободе звери пёрли во всех направлениях. Увидев Илонмаска, группа зверей направились к своему сородичу. Мой зверь привстал на дыбы, радостно попрыгал, обнюхал соплеменников, и только я задумался о том, как повести их к месту нашествия термитов, как всё решилось само собой. Мой скакун резко развернулся, едва не вырвав поводья из рук, и спустя минуту я уже вёл по улице полчище из полусотни отборных породистых скакунов, взрослых и детей, пушистой армадой мчащихся мимо резко тормозящих машин, трамваев и повозок.

Зелёный кружок замелькал перед глазами почти сразу, как мы приблизились к скверу, но я игнорировал вызов. Звери рассредоточились по всей территории, они сметали всех насекомых из укромных уголков и спокойно доставали их из полуразрушенных статуй.

— Что⁈ Что ты себе позволяешь! — услышал я голос Тизири.

Она стояла в окружении толпы, но горожан я перестал слушать — похоже, она включила звуковую завесу. Красивая, зараза. И ужасная одновременно. Она медленно приближалась, и мне показалось, что она готова смять меня в лепёшку.

— А я отдыхаю. Тренируюсь, борюсь со стихийным бедствием подручными средствами. Ты же так и не сказала, кто это сделал — вдруг враги?

— Ты… Ты! Ты хоть понимаешь, что у нас договорённость с мамашей, что мы сектор отдадим⁈ И откуда эти мурланги? Только не говори мне, что ты их всех достал из усадьбы коменданта! Никто не должен знать, что они там содержатся! А ну немедленно вернул их на место! Чёрт, да я сама это сейчас устрою!

Она взмахнула сжатым кулаком. Вся орава пушистых скакунов вдруг отвернулась от своих затей и ровно, слегка уныло поплелась гуськом обратно по улице в сторону поместья. Тизири отошла в сторону и с кем-то не то беседовала, не то включила трансляцию — в руке держала какой-то камень. Я решил не терять время зря.