— Я ту-ут! — снова подал голос Рюрик.
Наш приятель-скра лежал в углу, крепко связанный по рукам и ногам с большущим синяком на морде. Жилетка — разноцветная и более богатая, чем у варваров, был порвана и испачкана в грязи. Ростом он оказался пониже меня, тоже гораздо массивнее, но не такой плечистый, а по дряблой коже я смог предположить, что он уже достаточно не молодой.
— Старик… Эх, как же ты так! Я же тебе дал пушку!
— Не смог выстрелить. Энтон… Энтон Четыре Ноги снаружи, посмотреть, как он? — спросил скра.
— Сейчас, погоди.
— Что ещё за Четыре ноги? — не понял я.
Тот Энтон, что был уже час с лишним моим спутником, уже орудовал кинжалом, подобранным у нашего недавнего противника, резво разрезая верёвки.
— Он своего скакуна назвал в мою честь, когда мы познакомились. Очки твои где?
— Разбито, — насупился Рюрик. — И гусля — тоже!
— Гусля? Он чего, музыкант?
— Бери больше — странствующий бард! Мультиинструменталист. И переводчик — три языка знает! В свой сороковник уже полмира обошёл, правда, дружище? Ну как, нормально?
Скра встал на ноги, поразмялся, кивнул, повернулся ко мне и протянул верхнюю лапищу, осторожно и вполне по-человечески пожал мою ладонь, положив третью, нижнюю руку сверху.
— Большая честь. Долго ждать! Надо будет сочинить песнь!
— Я не против! Тут такое дело… Осталось чего перекусить?
— Этот негодяй всё съесть! Но найдём ещё…
Мы направились к арке, ведущей наружу, напоследок я оглянулся. И немного вздрогнул. Потому что я увидел дракона.
Глава 6 Дорога
[0,1/10]
Здание, из которого мы вышли, и которое служило входом в бомбоубежище, оказалось совсем небольшим. За ним же высился пятиэтажный замок странной формы: высокую «коробку», чем-то напоминавшую по фактуре кирпичную хрущёвку, венчал идеальной формы конус. Окна были попеременно круглые и квадратные, но то, что напугало и удивило больше всего — это огромная, до самого козырька высотой, статуя коренастого, носатого и волосатого мужичка с низким лбом, в шипастом костюме и с огнестрельным оружием в руке. Второй рукой он обнимал форменного дракона — длинного, похожего на китайского, и настолько искусно сделанного, что я даже испугался.
— А… Статуя, — усмехнулся Энтон. — Какой-то полководец древний. Гмонни помешаны на скульптуре. Каждое здание должно быть украшено статуей, и желательно, чтобы по высоте ровно под крышу. У них скульпторы — самая денежная профессия. После всяких киношников, наверное.
— Кого? У них и кино есть?
— Ага! Черно-белое и немое. Но попадается забавное, да, бывает.
— Читать одна гипотеза, что если бы не скульпторы, гмонни давно обогнать людей в развитии и технологии! — неожиданно поддержал разговор Рюрик.