— [Объектны сайла]!

Сознание моргнуло, а следом я кубарем покатился вниз, из седла. Мой Илонмаск сунулся головой в землю, затем замахал лапами, словно прогоняя что-то, утробно заорал, а следом его вырвало совсем рядом со мной чём-то дико пахнущим. У меня тоже кружилась голова, однако у меня хватило сил поймать его за уздцы, погладить, успокоить. Зверь постанывал и порыкивал, а я пока огляделся — навыки меня не обманули, и я очутился точь-в-точь в том тупике, в который нас загнала беснующаяся толпа.

Оклемавшись, я вышел на улицу, сводил своего скакуна на водопой — просто попросил напиться из корыта у стоянки броненосцев, а затем повёл к заброшенному складу с секретным подвалом.

На этот раз вход, в который ликующая толпа местных меня триумфально ввела после признания Хозяином Душ, охранялся. У заколоченных ворот стрелец-гмонни на табуретке оживлённо играл в какую-то карточную игру с молодым и достаточно худощавым скра. Скра явно проигрывал — держал карты двумя большими веерами сразу в двух руках, а третьей покуривал самокрутку. Стрелец тут же подхватил стоящую рядом пищаль, приосанился и потребовал:

— Документс!

Я спешился, достал ксиву, хмуро сказал.

— Я с проверкой от посольства Толнии.

— Не положено никаких проверок, — стрелец нахмурился и отступил назад, приподняв ствол. — Нельзя сюда!

Скра тоже нахмурился, положил свои карты и схватился за кусок арматуры. Что-то было нечисто, подумалось мне, слишком уж странно они себя вели, но разбираться не захотелось. И, признаюсь, я просто был не в настроении. Отступив на шаг назад, я просто сходу шарахнул Алгоритмом, перемещающим все неживые предметы вверх.

Выглядело этот как взрыв, выборочно перемещающий всё, кроме живых существ. Одежда порвалась, вырванные из рук ствол и прутья вперемешку с картами подлетели на высоту крыши, после чего упали на головы орущих стражников. Прижав к груди поломанные пальцы, пара приятелей разбежалась в разные стороны, исторгая проклятия на родных языках. Я подступил к воротам и дотронулся до них. За сантиметр до деревянной двери рука упёрлась во что-то невидимое. Твёрдое и холодное, похожее на мрамор.

— Барьер, — проборомотал я.

Алгоритма, который ищет брешь в алгоритмических барьерах я, конечно, не знал. Да и не бывало там универсальных Алгоритмов — каждый взлом сродни хакерству. Либо путём длительного перебора всех популярных комбинаций, либо с не менее долгим поиском уязвимостей. Но мои «права доступа» были несколько выше. Я зажмурился, стиснул кулаки. Представил тонкую светящуюся плёнку, которой словно полиэтиленовой упаковкой был обмотан склад. Проткнул её пальцем и потянул в разные стороны.