— Берём, — расплылся в улыбке Халиб, развеяв мои сомнения. — А стажироваться будешь у Тизири, дочки моей. Всё равно она о тебе уже знает. Отправлю тебя… в Теньгород, Тимьяния. Там была война, сейчас страна под оккупацией, много нерешённых проблем. И да, я понимаю, что, возможно, тебе стоило бы дать задачу во Дворце, и попроще. Например, поддержку защитных Алгоритмов, и что-то ещё, но, мне кажется, можно обойтись и без этих формальных проверок на вшивость.

Отчасти я обрадовался — это, с одной стороны, подтвердило мою профпригодность, с другой — что я состою здесь на особом положении. Также я вспомнил, что этот город упоминал Энтон, когда говорил о сломанной лютне Рюрика. Но следом стало немного не по себе. Как-то слишком кстати пришлось это замечание. Уж не читает ли он мои мысли? И следом была ещё одна мысль — я вспомнил про Энтона и Рюрика, и понял, что мне хотелось бы, чтобы они были под боком.

— Слушай, а ты можешь сообщить ребятам, которые меня разбудили, что я у тебя? Чтобы они сюда выдвигались. А потом ко мне.

Халиб неожиданно рассмеялся — громко, заливисто.

— Сюда? Ха, это надо быть очень негостеприимным хозяином, чтобы позвать в такую даль. Мы примерно в четырёх тысячах километров по прямой. А они от Теньгорода были всего в пятистах километрах к северу.

— Не силён в местной географии.

— Кстати, хватит сидеть, пойдём на улицу, проветримся? — неожиданно предложил Халиб, резко встал, подхватил кружку, и вышел, откинув неприметный полог шатра.

Я последовал за ним — и тут же прищурился. Тёплый сухой ветер ударил в лицо. Солнце здесь висело прямо в зените и оказалось куда более ярким, чем в месте моего пробуждения. Когда зрение пришло в норму, я увидел, что наш шатёр стоял почти у самого края известнякового обрыва, за которым простиралась бескрайняя пустыня с редкими скалами-останцами и далёкими горами у горизонта. Обернулся — за шатром пестрела зелень, террасами поднимавшимися наверх. Где-то слышался плеск водопада, а тремя или четырьмя ярусами выше виднелась цитадель — арчатые жёлтые стены с зубчиками и несколькими башнями. Всё это напоминало не то Египет, не то Среднюю Азию и выглядело весьма цивилизованно, со вкусом.

Отпил чаю — пить чай на ветру из кружки на свежем воздухе, как оказалось — одно удовольствие. Ещё я заметил, как в листве в сотне метров от меня копошится чей-то силуэт. Тонкая женская фигура, зелёная кожа, вьющиеся тёмные волосы и — тут я вздрогнул — четыре руки.

— Рабыни? — предположил я.

Халиб обернулся.

— Ну, зачем так уж. Прислуга. Живут в комфортных условиях, получают еду, отдых. У нас небольшой оазис, всего сорок сеяных и два десятка слуг и наёмных рабочих.