— Куда беги? Зачем беги?

— Есть такая народная забава — «охота на бегущую свинью». Правила простые — чухонец бежит, по нему стреляют. Если не попали — свинья свободна, может дальше пить свой вонючий картофельный самогон и занюхивать еще более вонючей соленой салакой. Ну а если нет…

— Никуда я не побегу!

— Тогда я тебя прямо здесь грохну! — Лами вскинула винтовку. — Одной белоглазой свиньей меньше! Ну, пошел!

— Не губите, Чернобогом прошу! — Урмас плюхнулся на колени и воздел сцепленные ручонки.

— Ну что ты его мучаешь? — сказал я Лами, а в глазах домового проскочил отблеск надежды. — Выпей его, да и дело с концом. А то добро пропадет.

Вот тут уже глаза домового потухли уже окончательно.

— Фу, он обосрался, — Лами картинно зажала нос. — Не люблю с душком. Сам пей.

— Я нечистью брезгую, — сказал я.

Фургон оказался, увы, пуст. Только постелена толстая пленка для теплиц и брезент — явно, чтобы трупы увезти, чтобы не натекло. Значит, все это было задумано заранее, не импровизация. И, скорее всего, это было уже не в первый раз.

— Говори, скотина, что это было! — я поднял за ногу мелкого ублюдка, стараясь, чтобы на меня не натекло.

— А-а-а! Это все Тынис! Как услышал про то, что интересуется богатый граф, хочет тяжелое прикупить, так и загорелся. Сначала у общины местной поспрошал, чей человек и с кем бегает, когда узнал, что ни с кем, и вообще вне закона экзотского, решил на перо поставить и бабло сгрести.

— А Ваня? — задал я живо интересующий меня вопрос.

— Ваня? Лох он педальный, — скривился Урмас. — Вообще не при делах.

— А потом, когда нас оприходовали, что бы с ним сделали? — спросил я.

— Да ничего. Дали бы ему денег, чтобы молчал и послали бы.

— А если нет, тогда чего?

— Чего-чего… В бок перо и мясо в речку, вон, рядом течет.

— Понятно, — хмыкнул я. — Где база этого самого Тыниса?

— Не знаю я, — Урмас как мог сложил руки. — Он меня не посвящал в это.

— Сколько раз была такая подстава? — спросил я.

— Два раза, — нехотя признался Урмас.

— И что?

— Что-что… — пробурчал он.

— Ладно, — я отбросил его в сторону.

— Беги! — сказала Лами и прицелилась.

— Я же все сказал, обо всех! — взмолился Урмас.

— Ну, допустим, не обо всех, но мы не мусора, нам все равно, — и Лами нажала на спуск.

Н-да, из этой винтовки можно спокойно отстреливать не только местную нечисть, но и легкую бронетехнику. Верхняя половина тела вместе с головой Урмаса исчезли в кровавом облачке.

— Ну и зачем? — спросил я.

— А как иначе? — пожала плечами она. — Он нас предал и пытался убить, что еще с ним делать? Да и винтовку опробовать надо было.